WWW.KONF.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Авторефераты, диссертации, конференции
 

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 8 |

«ГЛОБАЛИЗАЦИОННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ ТУРЕЦКОЙ РЕСПУБЛИКИ В РЕГИОНЕ ЛЕВАНТА ...»

-- [ Страница 5 ] --

На сегодняшний момент против режима Б. Асада сражаются 130000 иностранных боевиков4. Большинство из них проникло в Сирию из Иордании, ЛиAlbayrak A. Mandate to Send Troops Abroad Gets Criticism from Opposition // Today’s Zaman.

2012. June 26. URL: http://www.todayszaman.com/newsDetail_getNewsById.action?

newsId=294310 (дата обращения: 03.12.2013).

Gne E. Tensions High as Funerals Held in Hatay // Hrriyet Daily News, 2013. May 12. URL:

http://www.hurriyetdailynews.com/tensions-high-as-funerals-held-in-hatay.aspx?pageID=238&nID =46701&NewsCatID=341 (дата обращения: 03.12.2013); Turkey Blames Syria for Border Gate Attack // Hrriyet Daily News. 2013. March 11. URL: http://www.hurriyetdailynews.com/turkeyblames-syria-for-border-gate-attack.aspx?pageID=238&nID=42749&NewsCatID=341 (дата обращения: 03.12.2013).



Pope H. Turkey’s Tangled Syria Policy // CTC Sentinel. 2013. Vol. 6. № 8. P. 6.

130K Militants from 49 States Fighting in Syria: U.S. Agency // Tehran Times. 2013. September

24. URL: http://www.tehrantimes.com/middle-east/111050-130k-militants-from-49-states-fightingin-syria-us-agency (дата обращения: 13.11.2013).

вана и Турции. Турецкая граница выступает главными воротами для снабжения сирийских ополченцев. Город Алеппо, расположенный на северо-востоке Сирии рядом с турецкой границей, превратился в основной бастион для групп боевиков, получающих поддержку извне. В интервью иранскому каналу Al-Alam заместитель министра иностранных дел Сирии Ф. Микдад подверг критике зарубежных сторонников сирийского восстания, заявив, что вместо помощи сирийскому народу Соединенные Штаты, Франция, Турция и Саудовская Аравия поставляют им оружие для продолжения войны». Особые обвинения он адресовал правительству в Анкаре, отметив, что Турция избрала деструктивный подход, позволяя террористам из 83 стран проникать в Сирию и совершать здесь преступления»1.

В конце октября 2013 г. Турция провела совместные военные учения с балканскими странами, а немного позже с иорданскими войсками специального назначения. С 4 по 14 ноября 2013 г. в восточной части Средиземноморья прошли военные учения, в которых приняли участие силы НАТО, США и Турции.

По сценарию учений задача участников состояла в предотвращении регионального кризиса. От Турции в этих учениях было задействовано самое большое число единиц военной техники, числящихся в составе ее береговой охраны, военно-морских и военно-воздушных сил2.

Турция также действует на «идеологическом фронте», принимая активное участие в глобальной кампании по подрыву доверия к сирийскому президенту и сирийскому государству, по демонизации Б. Асада, делегитимизации и изоляции его правительства. Турция в рамках этой кампании действует по трем основным тактическим направлениям: критика сирийского президента и правительства, прием представителей сирийской оппозиции, разрыв дипломатических отношений.

Turkey Let Militants from 83 Countries in Syria // Al-Alam. 2013. November 5. URL:

http://en.alalam.ir/news/1531534 (дата обращения: 13.11.2013).

Turkey Hosts Invitex-Eastern Mediterranean Military Exercise // Hrriyet Daily News. 2013. November 4. URL: http://www.hurriyetdailynews.com/turkey-hosts-invitex-eastern-mediterraneanmilitary-exercise.aspx?pageID=238&nID=57358&NewsCatID=359 (дата обращения: 07.11.

2013).

Представители турецкого руководства активно критикуют правительство Б. Асада. Большая часть критических заявлений направлена на демонизацию сирийского президента, делегитимизацию его правительства и изоляцию Сирии от мирового сообщества. Цель этих заявлений, как правило, состоит в том, чтобы подготовить почву для смены режима. Подобная тактика демонизации, делегитимизации и изоляции в последнее время успешно применялась центрами глобальной системы для обоснования гуманитарных интервенций в Югославии, Ираке и Ливии, имевших пагубные последствия для граждан этих стран. В начале июня 2012 г. премьер-министр Турции Р.Т. Эрдоган обвинил сирийского президента Б. Асада в автократическом поведении, заявив, что такой подход не может служить миру: «До сих пор я не увидел в его подходе к реформам демократических представлений. Он все еще решает проблемы … при помощи автократического подхода. Считаю, что очень трудно добиться мира, пока будет сохраняться этот подход»1.

Особым направлением критики выступает обвинение Б. Асада в применении химического оружия против гражданского населения.





Через несколько дней после химической атаки в Гуте турецкий президент А. Гюль, нисколько не сомневаясь в вине Б. Асада, предложил мировому сообществу перейти от слов к делу, если оно желает остановить кровопролитие в Сирии: «Зверское убийство более 1000 человек с помощью химического оружия – большое преступление против человечества. Того, кто совершил эти массовые убийства, в истории будут вспоминать проклятиями, но прежде он предстанет перед международным правосудием. Уже не осталось слов. Пора делать конкретные шаги.

Цена попыток парировать эти инциденты дипломатическими маневрами и приемами в Совете безопасности ООН и цена промедления будут высокими. Будет Turkish PM Accuses Assad of «Autocratic» Behaviour // Hrriyet Daily News. 2013. June 3.

URL: http://www.hurriyetdailynews.com/turkish-pm-accuses-assad-of-autocratic-behaviour-.aspx?

pageID=238&nID=22258&NewsCatID=338 (дата обращения: 16.11.2013).

уничтожена система ООН, а также утрачена совесть человечества. Следовательно, пришло время сделать весьма определенный шаг»1.

Выступая 26 августа 2013 г. на съезде своих сторонников в своей родной провинции Ризе, турецкий премьер-министр Р.Т. Эрдоган подверг уже прямой и жесткой критике сирийского президента Б. Асада, отметив, что Турция никогда не станет на сторону человека, «отравившего газами невинных граждан».

Далее он сказал: «Мы являемся свидетелями экстраординарного случая. Более 100000 человек убито в Сирии. Где международное сообщество? Где Совет безопасности ООН? От них ни звука. Когда мы высказались, они задались вопросом, что нам от этого? Почему вы выступаете? Я выступаю от имени моего народа … Вы приказали нам продолжать облегчать страдания сирийского народа, и мы продолжаем. … Значит, мы поддерживаем убийцу Б. Асада и его сторонников? Мы считаем, что дать согласие на убийство одного человека означает дать согласие на убийство всего человечества. Поэтому мы не можем допустить этого»2.

В августе 2013 г. Турция стала официальным центром активности сирийской оппозиции. Сирийские диссиденты переместили свою штаб-квартиру из Египта в Турцию, поскольку военный переворот в Каире значительно усложнил их деятельность. Новые египетские правители восстановили визовый режим для сирийцев, которые еще со времен Х. Мубарака могли свободно пересекать сирийско-египетскую границу. Новая власть отменила некоторые из решений, принятых в пользу сирийской оппозиции во время президентства М. Мурси. За несколько дней до своего свержения М. Мурси на посвященной Сирии встрече пообещал заморозить дипломатические отношения с режимом Б. Асада. Вскоре после переворота новое руководство отменило это решение, заявив об обновлеTurkish President Gl Calls on World to «Walk the Walk» in Syria // Hrriyet Daily News. 2013.

August 23. URL: http://www.

hurriyetdailynews.com/turkish-president-gul-calls-on-world-to-walkthe-walk-in-syria.aspx?pageID=238&nID=53133&NewsCatID=338 (дата обращения: 04.12.

2013).

Turkish PM: We could never take sides with Assad // Hrriyet Daily News. 2013. August 26.

URL: http://www.hurriyetdailynews.com/turkish-pm-we-could-never-take-sides-with-assad.aspx?

pa ge ID =238&nID=53277&NewsCatID=338 (дата обращения: 04.12.2013).

нии отношений с Сирией. Исполняющий обязанности министра иностранных дел Египта Н. Фами в июле 2013 г. сказал, что страна продолжит поддерживать сирийское восстание, и что при этом Каир не намерен «вести джихад» в Сирии.

По его словам, решение М. Мурси разорвать дипломатические связи с раздираемой войной Сирией будет пересмотрено, но это, как он подчеркнул, не обязательно будет означать их возобновления1.

Турция разорвала дипломатические отношения с Сирией. 25 марта 2012 г.

турецкое посольство в Сирии временно приостановило свою работу, а посол О.

Онхон и его штат под предлогом ухудшения ситуации с безопасностью вернулись через территорию Ливана в Анкару2. В июле 2012 г. Турция отозвала своего консула А. Кечеджи, продолжавшего работать в Алеппо, несмотря на закрытие посольства в сирийской столице3. После массового убийства в Хуле Турция, ссылаясь на Венскую конвенцию о дипломатических сношениях, потребовала, чтобы все сирийские дипломаты покинули страну в течение 72 часов. В заявлении, выпущенном по этому поводу Министерством иностранных дел Турции отмечалось: «Невозможно оставаться безмолвным перед лицом такого деяния, являющегося преступлением против человечества. Обязанность всего международного сообщества – отреагировать на это массовое убийство единым мнением» 4. Турция прияла это решение вслед за другими государствами, в частности Германией, Италией, Канадой, Испанией, Австралией, Великобританией и Соединенными Штатами, выславших сирийских дипломатов после событий в Хуле.

Yinan B. Syria Rebels Move HQ from Egypt to Turkey // Hrriyet Daily News. 2013. August 17.

URL: http://www.hurriyetdailynews.com/syria-rebels-move-hq-from-egypt-to-turkey.aspx?page ID=238&nID=52699&NewsCatID=352 (дата обращения: 18.11.2013).

Ankara «Temporarily» Suspends Embassy // Hrriyet Daily News. 2102. March 27. URL:

http://www.hurriyetdailynews.com/ankara-temporarily-suspends-embassy.aspx?pageID=238&nID= 16960&NewsCatID=338 (дата обращения: 16.11.2013).

Erku S. Turkey Suspends Consular Activities in Aleppo Due to Security Concerns // Hrriyet Daily News. 2012. July 23, 2012. URL: http://www.hurriyetdailynews.com/turkey-suspendsconsular-activities-in-aleppo-due-to-security-concerns.aspx?pageID=238&nID=26130&NewsCat ID=338 (18.11.2013).

Turkey Expels Syrian Diplomats after Houla Massacre // Hrriyet Daily News. 2012. May 30.

URL: http://www.hurriyetdailynews.com/turkey-expels-syrian-diplomats-after-houla-massacre.

aspx? pageID=238&nID=21942&NewsCatID=338 (дата обращения: 16.11. 2013).

25 мая 2012 г. в городе Хуле, расположенном севернее Хомса, было убито 108 человек. Практически сразу Совет безопасности ООН выпустил заявление, в котором осудил сирийское правительство за использование в этом городе тяжелой артиллерии для подавления повстанцев. Ряд стран воспользовались этим заявлением в качестве основной причины для разрыва дипломатических отношений с Сирией. 1 июня 2012 г. Совет по правам человека ООН (СПЧ ООН), возглавляемый Н. Пиллай, после голосования, в ходе которого 41 из его членов высказался «за», осудил сирийское правительство и потребовал международного расследования1. Н. Пиллай по этому поводу заявила: «Я повторяю, что те, кто отдавал приказ, участвовал и не остановил нападения на гражданских лиц несут индивидуальную уголовную ответственность за свои действия. Государства обязаны сделать все возможное, чтобы предотвратить международные преступления и подвергнуть судебному преследованию лиц, их совершивших» 2. Она потребовала от СБ ООН обсудить возможность передачи случая Сирии на рассмотрение Международного уголовного суда.

Все это время сирийское правительство не признавало своей вины в массовых убийствах гражданского населения, утверждая, что за внесудебные казни ответственны террористы, связанные с Аль-Каидой. К концу июня 2012 г. СПЧ ООН смягчил свою позицию. В его докладе, датированном 26 июня, отмечалось, что нельзя с уверенностью обвинять сирийское правительство за злодеяния, произошедшие в Хуле3.

Как бы то ни было, массовое убийство в Хуле послужило Турции и другим странам формальным поводом для разрыва дипломатических отношений с Сирией и одним из прикрытий попыток ее силовой интеграции в глобальную систему. В истории известно множество случаев, когда события, не имеющие UN Human Rights Council Calls for Special Investigation into Houla Massacre in Syria // UN News Centre. 2012. June 1. URL: http://www.un.org/apps/news/story.asp/realfile /story.asp?NewsID=42140&Cr=Syria&Cr1=#.UnLgGBAljOd. (дата обращения: 04.12. 2013).

UN Rights Chief Urges International Community to Make Efforts to End Impunity in Syria // UN News Centre. 2012. June 1. URL: http://www.un.org/apps/news/story.asp/realfile /story.asp?NewsID=42136&Cr=Syria&Cr1=#.UnLiaBAljOe. (дата обращения: 04.12.2013).

Human Rights Council (UNHRC). Oral Update of the Independent International Commission of Inquiry on the Syrian Arab Republic. Geneva: UNHRC, 2012.

под собой надежных доказательств, использовались для развязывания войны – инцидент в Тонкинском заливе, действия иракских солдат в кувейтском роддоме, резня в Рачаке, создание Ираком оружия массового уничтожения, распространение ливийским правительством таблеток виагры для поощрения массовых изнасилований. За всеми этими событиями соответственно последовали военные интервенции во Вьетнам, Ирак, бывшую Югославию и Ливию, оказавшие катастрофическое влияние на гражданское население и государственные институты этих стран.

Избранная Турцией политика, отражающая интересы системы транснационального управления и нацеленная на свержение Б. Асада, имеет для нее как «плюсы», так и «минусы». Кризис в Сирии открывает Турции возможности для решения курдской проблемы, препятствующей процессу демократизации и портящей ее отношения с ЕС. Турция получила мощный рычаг воздействия, позволяющий договориться с Демократическим союзом (ДС), партией, которая объединяет большинство сирийских курдов и находится в альянсе с РПК. При этом у Турции остается широкое поле для маневра – она может выбрать либо политику «кнута», либо политику «пряника». В условиях хаоса и беспорядка провести внешнюю силовую акцию значительно проще и с точки зрения практического воплощения, и с точки зрения идеологического прикрытия. Во время кризиса высока вероятность государственной дезинтеграции, поэтому Турция может предложить в обмен на лояльность свою помощь Демократическому союзу в обретении автономии и даже независимости северной Сирии. Подобная модель реализуется в Ираке. Высокопоставленные турецкие должностные лица не скрывают, что они выстраивают тесные отношения с региональным правительством иракского Курдистана, минуя Багдад и не беспокоясь о последствиях своих действий для территориальной целостности Ирака1.

Параллельно кризис в Сирии создал для Турции и ряд проблем. С началом сирийского кризиса Турция, главным образом ее приграничные провинции,

Pope H. Turkey’s Tangled Syria Policy // CTC Sentinel. 2013. Vol. 6. № 8. P. 8.

дала приют 450000 беженцев 1. Еще 100000 человек собралось на сирийской стороне границы, ожидая разрешения на въезд. Сирийцы, имеющие паспорта, могут беспрепятственно пересекать сирийско-турецкую границу, однако турецкие власти разрешают въезд в страну лишь при условии наличия свободных мест в лагерях. По прогнозам ООН, общее число беженцев к концу 2013 г. может удвоится и даже утроится2. Проблема беженцев требуют от Турции огромных материальных затрат. На настоящий момент Турция потратила уже более млрд долл. Лишь одна десятая из этой суммы была компенсирована по каналам международной помощи, поскольку Турция не достигла окончательной договоренности со своими донорами относительно контроля над выделяемыми средствами3.

Прибывающие в Турцию беженцы угрожают ее политической стабильности. Только половина из сирийских беженцев размещается в специально созданных лагерях, остальная же часть оседает в городах и сельских поселениях.

Совершенный в мае 2013 г. террористический акт в Рейнхалы, где проживают многие сирийские беженцы, вызвал серию демонстраций, инициированных недовольными местными жителями. Преобладание среди сирийских беженцев суннитов нарушает сложившийся этнический и религиозный баланс, особенно в провинции Хатай, где более одной трети населения являются алевитами, имеющими связи с сирийскими алавитами4.

Естественно, что с нарастанием гражданского противоборства в соседней Сирии приняли угрожающие размеры внешние вызовы, стоящие перед системой обеспечения безопасности турецкого государства. У самых границ Турции появилась неконтролируемая, разрушенная, «ничейная» территория, на которой Yinan B. Poor Transparency Shadows Turkey’s Syria Refugee Policy // Hrriyet Daily News.

2013. May 27. URL: http://www.hurriyetdailynews.com/poor-transparency-shadows-turkeys-syriarefugee-policy.aspx?pageID=238&nID=47639&NewsCatID=352 (дата обращения: 12.11.2013).

Cengiz S. Guterres: UNHCR Not to Assume Operational Role in Turkish Refugee Camps // Today’s Zaman. 2013. March 10. URL: http://www.todayszaman.com/news-309349-.html (дата обращения: 12.11.2013).

International Crisis Group (ISG). Blurring the Borders: Syrian Spillover Risks for Turkey. Brussels: ISG, 2013. P. 13-14.

Pope H. Turkey’s Tangled Syria Policy // CTC Sentinel. 2013. Vol. 6. № 8. P. 7.

господствуют радикальные группы. У Турции нет возможностей решить сложные сирийские проблемы, действуя в одиночку, маловероятно также, что она способна осуществить сольную военную интервенцию. Даже если бы такая возможность и существовала, то весьма ограниченная, поскольку Турция связана обязательствами, налагаемыми на нее членством в военном союзе НАТО.

Глобальные функции Турции заставили ее отказаться от объявленной политики «ноль проблем с соседями». Современная политика Турции по отношению к Сирии, ее поддержка СНС, а с ноября 2012 г. – и Национальной коалиции сирийских революционных и оппозиционных сил, показывает, что Анкара отказалась от нейтралитета в распрях между суннитами и шиитами. С началом сирийского кризиса Турция склонилась в сторону суннитского крыла и более консервативных суннитских государств, в частности Катара. За поддержкой суннитских повстанцев в Сирии последовала поддержка свергнутого египетского президента-суннита М. Мурси. За несколько месяцев до египетского переворота Р.Т. Эрдоган продемонстрировал свое негативное отношение к шииту Н. аль-Малики, премьер-министру Ирака, считающегося в Турции проиранским лидером1.

Агрессивное поведение Турции по отношению к Сирии порождает дополнительные проблемы для премьер-министра Р.Т. Эрдогана на внутреннем фронте. Р.Т. Эрдоган защищает участие Турции в делах Сирии и военную интервенцию, турецкое общество, наоборот, в большей своей части против прямого вмешательства в сирийские дела. Оказывается, что мнение Р.Т. Эрдогана резко расходится с мнением турецкого общества. Когда же американский президент Б. Обама объявил, что он принял решение отложить военный удар по Сирии, а российское дипломатическое маневрирование сохранило, по крайней мере на время, Б. Асаду власть Р.Т. Эрдоган оказался в еще более трудном положении, особенно учитывая его прошлые ошибки. Эти события разрушили центральный пункт внешнеполитической программы Р.Т.

Эрдогана, за ними «отечественные» противники премьер-министра усилили

Pope H. Turkey’s Tangled Syria Policy // CTC Sentinel. 2013. Vol. 6. № 8. P. 6.

критику его сирийской политики, намекая даже на помощь турецкого правительства радикальным исламистам1.

Проведенный выше анализ показывает многогранность, а не унифицированность, как следовало бы ожидать, политики Турции к арабским государствам Леванта, доказывая приобретение ею новой геополитической роли. Турция стала одним из центров системы транснационального управления со своей зоной ответственности. Анкара успешно провела интеграцию Иордании, на очереди финальная интеграция Ливана. Сирия же выразила недовольство складывающимся порядком вещей. Попытки интеграции Сирии по экономическим, политическим и культурным каналам, продолжавшиеся несколько лет, не привели к достижению поставленных целей. Б. Асад, понимая опасности новых тенденций и вынужденный согласовывать свои решения с доставшимся ему по наследству истеблишментом, отказался принять предложенную извне модель интеграции и глобализации своей страны. С 2011 г. Турция начинает новую, агрессивную политику по отношению к Сирии. С тех пор Турция в реализации своего нового внешнеполитического курса последовательно перешла от дипломатического давления к открытой поддержке сирийских повстанцев. Сегодня она вооружает, обучает и финансирует группы, сражающиеся против Б. Асада и правительственных сил, параллельно участвуя в проводимой центрами системы кампании по демонизации, делегитимизации и международной изоляции сирийского режима.

Загрузка...

–  –  –

У партнерства Турции и Израиля, возникшего в 1990-х гг. в контексте глобально-интеграционных процессов, существует богатая предыстория. ТурFahim K., Yeginsu C. For Turkey’s Leader, Syria’s War Worsens His Problems at Home // New York Times. 2013. September 12. URL: http://www.nytimes.com/2013/09/13/world /middleeast/for-turkeys-leader-syrias-war-worsens-his-problems-at-home.html?ref=turkey (дата обращения: 03.12.2013).

ция имела довольно хорошие, хотя время от времени и изменявшиеся в противоположном направлении, отношения с Израилем с момента его образования. В 1949 г. она была первым мусульманским государством, признавшим Израиль.

Приняв такое решение, Турция оказалась для Израиля своеобразным окном на Ближний Восток, позволившим ему выйти из региональной изоляции. Однако связи с Израилем не означали, что Турция игнорировала палестинскую проблему. Организация освобождения Палестины (ООП) открыла в Анкаре свой офис еще в 1979 г., задолго до того, как союзники Турции по НАТО признали палестинцев, а ООП – их легитимной организацией-представителем.

Турецкие связи с Израилем с течением времени то ослаблялись, то укреплялись. С одной стороны, Турция участвовала в Багдадском пакте 1955 г., собирала войска на сирийской (1957 г.) и иракской (1958 г.) границах, разрешила Соединенным Штатам переправить войска через Адану в Бейрут во время ливанского кризиса 1958 г.1 24 февраля 1955 г. в Багдаде представители Турции и Ирака подписали договор о взаимном сотрудничестве. Позже к турецкоиракскому пакту, получившему название «багдадский», присоединились Великобритания, Пакистан и Иран2. Цель этого соглашения состояла в том, чтобы поддержать и защитить существовавшие в ближневосточном регионе прозападные режимы. В задачи Турции, в частности, входило удержание Тегерана в сфере западного влияния через развитие тесных связей различного характера 3.

Создание в феврале 1958 г. Объединенной Арабской Республики (ОАР) обострило противоречия между христианской и мусульманской общинами Ливана.

Первая требовала от правительства присоединения к новому союзному арабскому государству, тогда как последняя желала, чтобы Ливан продолжал ориентироваться в своей внешней политике на Запад. 14 июля 1958 г. поддерживаAykan M.B. The Palestinian Question in Turkish Foreign Policy from the 1950s to the 1990s // International Journal of Middle East Studies. 1993. Vol. 25. №. 1. P. 91-110.

Румянцев В.П. Политика США в связи с трансформацией Багдадского пакта и образованием блока СЕНТО (1958-1960 гг.) // Вестник Томского государственного университета. 2009.

№ 323. С. 163.

McGhee G.C. The U.S.-Turkish-NATO Middle East Connection: How the Truman Doctrine and Turkey’s NATO Entry Contained the Soviets in the Middle East. New York: St. Martin's Press,

1990. P. 160.

емое Западом правительство Ирака было свергнуто в результате государственного переворота, за которым, по широко распространенному тогда мнению, стояла ОАР. Президент Ливана К. Шамун, опасаясь такого же развития событий, обратился за помощью к Соединенным Штатам. В ответ на просьбу К.

Шамуна Д. Эйзенхауэр направил в Ливан в рамках операции «Голубая летучая мышь» военный контингент численностью более 10000 человек, в оперативные задачи которого входила защита бейрутского международного аэропорта, морского порта и подходов к городу. Часть участвовавших в этой операции войск, местом постоянного базирования которых была Германия, перебрасывались в Ливан через военную базу Инджирлик, расположенную в 370 км севернее Бейрута в турецкой провинции Адана1.

С другой стороны, накануне войны 1967 г. Турция заняла сторону Египта, участвовала в 1969 г. в учреждении Организации Исламская конференция (ОИК) в Рабате (хотя она отказалась голосовать за резолюцию, призывающую разорвать дипломатические отношения с Израилем)2, отказала США в использовании своих военно-воздушных баз для возобновления поставок Израилю в ходе войны 1973 г. Вместе с тем она дала Советскому Союзу право пролета над своей территорией для поддержки Сирии и расширила связи со странами Персидского залива, Ираком и Ираном в 1980-е гг.3 Таким образом, с 1950 по 1980е гг. в зависимости от динамики конфликта на Ближнем Востоке турецкоизраильские отношения периодически менялись4, однако их фундамент оставался постоянным.

Dragnich G.S. The Lebanon Operation of 1958: A Study of the Crisis Role of the Sixth Fleet (U).

Arlington: University of Rochester, 1970. P. ix; Alin E.G. The United States and the 1958 Lebanon

Crisis: American Intervention in the Middle East. Lanham: University Press of America, 1994; Yaqub S. Containing Arab Nationalism: The Eisenhower Doctrine and the Middle East. Chapel Hill:

The University of North Carolina Press, 2004.

Aras B., Bicakci S. Europe, Turkey and the Middle East: Is Harmonisation Possible // East European Quarterly. 2006. Vol. 40. № 3. P. 368.

Kirici K. Turkey and the Muslim Middle East // Turkey’s New World: Changing Dynamics in Turkish Foreign Policy / Ed. by A. Makovsky, S. Sayari. Washington: Washington Institute for Near East Policy, 2000. P. 39-58.

Bengio O. The Turkish-Israeli Relationship: Changing Ties of Middle Eastern Outsiders. New York: Palgrave Macmillan, 2004. P. 1-4.

В 1990-е гг., с началом строительства системы транснационального управления, турецко-израильские отношения приняли форму стратегического партнерства 1. В 1992 г. Турция и Израиль подписали соглашение о туризме, резко увеличившее число израильских граждан, желающих посетить Турцию.

За ним были подписаны и другие документы, говорящие о переходе на другой уровень сотрудничества: в 1993 г. рамочное соглашение, затрагивающее туризм, экономическое сотрудничество и обмен учащимися; в 1994 г. соглашение о сотрудничестве в области защиты окружающей среды; в 1996 г. соглашение о свободной торговле; договор, предотвращающий двойное налогообложение (1997 г.); договор о двухсторонних инвестициях (1998 г.), а также соглашение о сотрудничестве в сфере телекоммуникаций, почтовых услуг и борьбы с наркотраффиком.

Еще в 1991 г., вскоре после завершения Мадридской мирной конференции, Турция предприняла меры по обновлению отношений с Израилем, стремясь придать им полноценный посольский статус. Но настоящий прорыв произошел в ноябре 1993 г., когда турецкий министр иностранных дел Х. Четин посетил Израиль. В ходе этого визита он подписал меморандум о взаимопонимании и определил основные направления сотрудничества со своим израильским коллегой. После возвращения он сообщил, что турецко-израильские отношения будут в дальнейшем развиваться во всех областях, особо отметив сотрудничество в деле преобразования Ближнего Востока2. За этим последовали контакты более высокого уровня, в том числе визиты турецкого премьерминистра Т. Чиллера в 1994 г. и президента С. Демиреля в 1996 г. Израильский министр иностранных дел Ш. Перес и израильский президент Э. Вейцман совершили ответные визиты.

Yavuz H. Turkish-Israeli Relations through the Lens of the Turkish Identity Debate // Journal of Palestine Studies. 1997. Vol. 27. № 1. P. 22-37.

Inbar E. Regional Implications of the Israeli-Turkish Strategic Partnership // Middle East Review of International Affairs. 2001. Vol. 5. № 2. P. 49.

В первой половине 1990-х гг. Анкара в большей степени поддерживала экономические, технические и культурные связи с Тель-Авивом1. Но в 1996 г.

Турция и Израиль начали активно сотрудничать в военной сфере. В феврале Турция и Израиль подписали соглашение о военной подготовке и сотрудничестве, обозначившее контуры совместной деятельности и предполагающее допуск Израиля на военно-воздушную базу в Конье и в турецкое воздушное пространство с целью подготовки военных специалистов, модернизацию Израилем турецких военно-воздушных сил, передачу израильских военных технологий Турции. В августе два правительства заключили дополнительное соглашение об обмене техническими знаниями и опытом, подготовившее почву для модернизации израильской стороной более 50 турецких истребителей F-4 Phantom2.

В значительной степени благодаря этим разросшимся военным отношениям резко выросли объемы двусторонней торговли, со 100 млн долл. в 1991 г.

до 2 млрд долл. в 2000 г.3 Турция стала выгодным рынком для израильской военной промышленности. Тель-Авив обеспечивал Анкару современными военными технологиями даже тогда, когда западные страны приостановили с ней торговлю, в частности, из-за нарушений прав человека и ее тогдашних отношений с Грецией.

За подписанным в 1996 г. военными соглашениями началась пора взаимных визитов и деклараций о важности и перспективах турецко-израильских отношений. В начале 1997 г. Израиль посетил начальник штаба турецкой армии И.Х. Карадайи. За ним последовал визит в Анкару израильского министра иностранных дел Д. Леви. Затем в Израиль совершил визит турецкий министр обороны Т. Таян. В октябре того же года начальник израильского штаба А. Липкин-Шахак посетил Турцию. Все эти визиты предполагали участие огромного Sever A. Turkey and the Syrian-Israeli Peace Talks in the 1990s // Middle East Review of International Affairs. 2001. Vol. 5. № 3. P. 87-99.

Bir C., Sherman M. Formula for Stability: Turkey plus Israel // Middle East Quarterly. 2002. Vol.

9. №4. P. 26.

Malka H. Turkey and the Middle East: Rebalancing Interests // Turkey’s Evolving Dynamics.

Strategic Choices for U.S.-Turkey Relations / Ed. by S.J. Flanagan. Washington: Center for Strategic and International Studies, 2009. P. 51.

числа сопровождающих лиц, так что к концу 1997 г. практически все офицеры, занимающие командные посты в обеих вооруженных силах, имели возможность встретиться друг с другом1.

В политических заявлениях того времени, сделанных на самых высоких уровнях власти, открыто подчеркивалось стратегическое значение турецкоизраильских отношений. Например, в августе 1997 г. премьер-министр М.

Йылмаз заявил, что турецко-израильское сотрудничество необходимо для сохранения равновесия сил в регионе. В 1998 г. израильский премьер-министр Б.

Нетаньяху отметил, что такие отношения будут вызывать стабильность там, где долгое время преобладала нестабильность. И. Мордехай, тогдашний министр обороны Израиля, описал значимость турецко-израильских связей следующими словами: «Когда мы сжимает ладонь, мы получаем мощный кулак … наши отношения – отношения стратегические» 2.

Интенсификация отношений между Турцией и Израилем произошла в рамках реализации концепции «Нового Ближнего Востока». Первая международная интервенция в Ирак объединила Соединенные Штаты, Саудовскую Аравию, Иорданию, Израиль и Турцию, которые впоследствии не раз выступали единым фронтом. В то же время находящаяся в изгнании ООП, ослабленная войной в Ираке и первой палестинской интифадой, вступила в мирные переговоры с Израилем. Мирный процесс в Осло, таким образом, обеспечивал турецким архитекторам союза с Израилем некую защиту от жесткой критики со стороны отдельных элементов турецкого общества и арабского мира. Поэтому Турция приняла участие в Рабочей группе по контролю над вооружениями и региональной безопасности в рамках мадридского многостороннего процесса и в 1993 г. возглавила секцию по военному обмену. В 1997 г. Турция присоединилась к Временному международному присутствию в Хевроне. В рамках мирного процесса Осло Турция финансово помогала зарождающейся палестинской Pipes D. A New Axis: The Emerging Turkish-Israeli Entente// The National Interest. 1997-1998.

№ 50. P. 32.

Inbar E. Regional Implications of the Israeli-Turkish Strategic Partnership // Middle East Review of International Affairs. 2001. Vol. 5. № 2. P. 49.

администрации на оккупированных территориях1 и предложила проект «трубопровода мира», предполагающий транспортировку пресной воды из Турции в Сирию, Израиль и Иорданию. Данная идея появилась еще в середине 1980-х гг., а в 1990-е гг. на волне оптимизма она была возрождена. В 1990-е гг. в турецкой внешней политике четко проявились два тесно переплетенных направления, имеющих отношение к Израилю: военно-стратегическое сотрудничество с Израилем и дипломатическая и экономическая поддержка процесса мирного урегулирования на Ближнем Востоке, посредником в котором выступали США.

В 1990-е гг. сближение Турции и Израиля вызвало недовольство и критику реальных и потенциальных противников глобализационного проекта.

Например, А. Халим Хаддам, вице-президент Сирии, страны, которая, вероятно, больше всех могла пострадать от турецко-израильского партнерства, предупреждал, что оно является самой опасной угрозой, имевшей место со Второй мировой войны 2. Иракский министр иностранных дел М.С. аль-Сахаф назвал совместные военно-морские учения, проходившие в январе 1998 г., провокационным актом. Иранский президент М. Хатами заявил, что турецко-израильский союз раздражает исламский мир. Египет, которого отчасти сдерживала помощь Соединенных Штатов, также подверг критике турецко-израильское партнерство. Президентский советник У. аль-Баз предостерегал, что военное сотрудничество между Анкарой и Тель-Авивом, угрожающее интересам арабских государств, приведет к нестабильности и возможно даже войне на Ближнем Востоке. Враждебность Египта впоследствии в значительной мере ослабла, но Каир по-прежнему продолжал рассматривать союз между Анкарой и Тель-Авивом как огромное препятствие на пути своего стремления к региональному лидерству3.

Kirici K. The Future of Turkish Policy toward the Middle East // Turkey in World Politics: An Emerging Multiregional Power / Ed. by B. Rubin, K. Kirici. Boulder: Lynne Rienner, 2001. P.

101.

Bir C., Sherman M. Formula for Stability: Turkey plus Israel // Middle East Quarterly. 2002. Vol.

9. №4. P. 27.

Inbar E. Regional Implications of the Israeli-Turkish Strategic Partnership // Middle East Review of International Affairs. 2001. Vol. 5. № 2. P. 54.

В начале XXI в. турецкая политика к Израилю изменилась. При этом необходимо заметить, что хотя турецко-израильские отношения в то время формально ухудшились, сотрудничество между ними не прекращалось1. В 2005 г. премьер-министры обеих стран Р.Т. Эрдоган и А. Шарон договорились установить горячую телефонную линию для обмена информацией по вопросам, связанным с терроризмом. В том же году Р.Т. Эрдоган совершил визит в Израиль, в ходе которого посетил мемориал жертвам Холокоста Яд ва-Шем. В 2007 г. Ш. Перес стал первым израильским президентом, выступившим перед Великим национальным собранием Турции. В том же году Турция и Израиль завершили переговоры по поводу проекта Med Stream, предполагающего объединение двух стран с помощью проходящих по дну Средиземного моря трубопроводов (нефтяного, газового и водного), а также электрической и волоконнооптической линий. В 2008 г. они договорились о строительстве нефтепровода из Джейхана в Ашхелон. Также активно продолжалось военное сотрудничество посредством совместных военных учений (поисково-спасательные учения в августе 2007 г.2), обмена информацией (по сообщениям, Турция для планирования операции в Северном Ираке против Рабочей партии Курдистана (РПК) в феврале 2008 г. пользовалась израильскими разведданными 3 ) и военнопромышленной кооперации (контракт стоимостью 141 млн долл. между Israeli Aerospace Industries, Elbit Systems и Aselsan, заключенный в декабре 2008 г.4).

Ухудшение турецко-израильских отношений, усилившееся к концу первого десятилетия XX в., вызвал провал процесса мирного урегулирования Осло и начало второй интифады. В 2002 г. премьер-министр Б. Эджевит обвинил ИзBengio O. Altercating Interests and Orientations between Israel and Turkey: A View from Israel // Insight Turkey. 2009. Vol. 11. № 2. P. 43-55.

Larrabee F.S. Turkey as a U.S. Security Partner. Santa Monica: RAND, 2008. P. 20.

Bengio O. Altercating Interests and Orientations between Israel and Turkey: A View from Israel // Insight Turkey. 2009. Vol. 11. № 2. P. 49.

IAI and Elbit Systems Awarded $141 Million Contract to Supply Combined Airborne Imagery

Intelligence Systems to the Turkish Air Force // IAI Press Releases. 2008. December 25. URL:

http://ir.elbitsystems.com/phoenix.zhtml?c=61849&p=irol-newsArticle&ID=1369123&highlight (дата обращения: 20.01.2014).

раиль в «геноциде» в Дженине1. В 2004 г. премьер-министр Р.Т. Эрдоган обвинил Израиль в государственном терроризме за убийство 60 палестинцев, в том числе детей и гражданских лиц, в Газе. В 2006 г., когда Израиль и Запад не признали убедительной победы ХАМАС на парламентских выборах, Турция наделила его политической легитимностью и пригласила находящегося в изгнании лидера Х. Машаля. Широко известен случай, когда в январе 2009 г. Р.Т. Эрдоган на Мировом экономическом форуме в Давосе обвинил Израиль (и своего соучастника по дискуссии Ш. Переса) в преступлениях против человечества, совершенных в ходе операции «Литой свинец» в Газе.

В конце концов после инцидента в международных водах напряженные отношения переросли в полноценный турецко-израильский кризис. В конце мая 2010 г. солдаты армии обороны Израиля убили восьмерых турецких граждан и одного американца турецкого происхождения, находившихся на борту турецкого судна Mavi Marmara, который входил в состав международной флотилии, перевозившей в нарушение израильского запрета гуманитарную помощь в Газу.

Турция, отозвав своего посла из Тель-Авива, настаивала на извинениях Израиля, международном расследовании инцидента и на снятии блокады Газы. Спустя некоторое время Израиль согласился на международное расследования и лишь небольшое ослабление установленных запретов. В 2011 г. было начато несколько расследований этого инцидента. В своем докладе ООН, хоть и подвергла критике израильские силы за неправомочные и необоснованные действия, выразила сомнение в мотивах турецкого неправительственного Фонда защиты прав и свобод человека и гуманитарной помощи, подтвердив израильские отчеты, указывающие на организованное и силовое сопротивление пассажиров судна, и признав законной морскую блокаду Газы 2. Когда в сентябре 2011 г. доклад попал в прессу, Турция выслала израильского посла и заморозила военные отношения. Попытки Соединенного Королевства и Соединенных

Dymond J. Turkey Accuses Israel of Genocide // BBC. 2002. April 4. URL:

http://news.bbc.co.uk/2/hi/europe/1911609.stm (дата обращения: 01.12.2013).

United Nations (UN). Report of the Secretary-General’s Panel of Inquiry on the 31 May 2010 Flotilla Incident. New York: UN, 2011.

Штатов примирить стороны, как и ряда других стран, оказались безрезультатными. Если раньше отношения между Турцией и Израилем портили лишь разногласия, возникавшие из-за арабо-израильского конфликта, то после инцидента с турецким судном в международных водах их охватил глубокий кризис.

Геополитическая ситуация, сложившаяся в 2011-2013 гг., не способствовала преодолению возникшего кризиса. Восстания, произошедшие в арабских странах, поставили Турцию и Израиль по разные стороны баррикад. Они определенно оказались палкой в колесах политики «ноль проблем с соседями», предложенной министром иностранных дел Турции А. Давутоглу и опирающейся главным образом на развитие тесных связей с режимами, с которыми ранее Анкара имела напряженные и даже конфликтные отношения. После некоторых первоначальных политических зигзагов Анкара открыто высказалась в пользу антиавторитарных порывов, характеризовавших арабские протесты, имплицитно представляя себя одним из «источников вдохновения» для людей, желающих демократизации региона.

Израиль занял диаметрально противоположную позицию, опасаясь, что трансформационные процессы вдоль его границ могут породить не только нестабильность, но и всплеск исламизма. В отличие от Турции в Израиле «Арабская весна» изображалась обычно как «Арабская зима» 1. В более широком контексте арабские восстания – особенно в Египте и Сирии – ознаменовали конец принятого в Кэмп-Дэвиде деления ближневосточных игроков на «умеренных» и «радикалов», которое на протяжении относительно длительного времени подкрепляло турецко-израильское партнерство.

Свою лепту в усугубление кризиса в отношениях между Турцией и Израилем внесло и открытие крупных месторождений газа в восточной части Средиземноморья. В июне 2010 г. израильские специалисты обнаружили новое месторождение, названное Левиафан, запасы которого превосходят запасы других открытых ранее в этой стране месторождений. Тот факт, что месторождение Bresheeth H. The Arab Spring: A View from Israel // Middle East Journal of Culture and Communication. 2012. Vol. 5. № 1. P. 42-57; Magen A. On Political Order and the Arab Spring // Israel Journal of Foreign Affairs. 2012. Vol. 6. № 1. P. 9-21.

Левиафан и соседнее с ним месторождение Тамар примыкают к морской границе между Израилем и Кипром, заставил руководителей обеих государств в срочном порядке подписать соглашение о разграничении исключительных экономических зон и договориться о совместной эксплуатации трансграничных областей. Новая сторона отношений между Кипром и Израилем, возникшая в результате геологических изысканий, вызвала резкие протесты со стороны Турции, заявившей, что освоение газовых ресурсов должно проходить в рамках всестороннего соглашения, предусматривающего эффективное участие в деле принятия решений и распределения доходов турков-киприотов. Когда Республика Кипр начала разведывательное бурение вблизи месторождения Левиафан, Турция, настаивая на том, что все решения относительно кипрской энергетической политики должны приниматься совместно двумя сообществами, ответила подписанием с северным Кипром соглашения о разграничении континентального шельфа с северной, восточной и западной сторон острова, угрожая увеличить масштабы своего военного присутствия в Восточном Средиземноморье.

Турция и страны арабского мира выстроились против появляющихся осей Израиль-Греция и Кипр-Израиль, поддерживаемых главными американскими и европейскими энергетическими компаниями.

Однако за формальным кризисом отношений, на первый взгляд кажущимся довольно серьезным и глубоким, продолжало сохраняться прочное партнерство, объясняемое общими глобализационными миссией и задачами.

Руководство Турции и Израиля было вынуждено пойти на этот кризис и его усугубление до определенного уровня, чтобы не потерять доверие населения и избежать оппозиционной критики, поддержать видимость национальной внешней политики и отчасти скрыть свои глобализационные устремления. Турецкоизраильские отношения никогда не прекращались и даже не замораживались, что ярче всего заметно в экономической области. Во время кризиса торговля между двумя странами продолжала расти. Если объем турецкого экспорта в Израиль в мае 2010 г., т.е. до инцидента с судном Mavi Marmara, составлял 154,7 млн долл., то к январю 2013 г. он достиг уже планки в 210,7 млн долл.1 В феврале 2013 г. возобновилось открытое сотрудничество, когда Израиль начал вновь продавать Турции системы ведения электронной войны и согласился на поставку в Газу материалов для строительства новой больницы2.

Новая стадия глобальной интеграции, начавшаяся «Арабской весной», требовала плотного сотрудничества, но никак не конфликта, в отношениях между важными проводниками глобализации на Ближнем Востоке – Турцией и Израилем. До «Арабской весны» Израиль мог рассчитывать на некую тактическую поддержку в регионе со стороны «умеренного» арабского фронта. Когда же по региону прокатилась волна восстаний, породив нестабильность и рост исламизма, перед Израилем встали новые проблемы, грозящие еще большей изоляцией от окружающего мира и появлением новых врагов. Возможная активизация сопротивления глобализационным планам заставила Израиль примириться со своим давним союзником Турцией, которая в то время усилила давление на Иран – «традиционного» противника глобализации. Восстановление дружественных отношений произошло именно тогда, когда администрация Б.

Обамы интенсифицировала переговоры с Ираном по поводу его ядерного досье. Израиль принес извинения Турции сразу же за переговорами в Стамбуле и накануне встречи на высшем уровне в Казахстане в апреле 2012 г., посвященных развитию иранской ядерной программы. Израиль, открыто примирившись с Турцией, придал дополнительный вес своей политике сдерживания по отношению к Ирану: израильская угроза провести военную атаку на иранские ядерные объекты станет более реальной, если Турция вновь даст разрешение на использование своего воздушного пространства. После инцидента с Mavi Marmara Турция закрыла свое воздушное пространство для полетов израильNir A. Israel Should Seek to Re-Establish Good Relations With Turkey // Al-Monitor. 2013.

March 11. URL: http://www.

al-monitor.com/pulse/tr/contents/articles/opinion/2013/03/israelshould-seek-to-reestablish-good-relations-with-turkey.html (дата обращения: 21.01.2014).

Pfeffer A. Israel Supplies Turkey with Military Equipment for First Time since Gaza Flotilla // Haaretz. 2013. February 18. URL: http://www.haaretz.com/news/diplomacy-defense/israelsupplies-turkey-with-military-equipment-for-first-time-since-gaza-flotilla-1.504299 (дата обращения: 21.01.2014).

ских военных самолетов и тем самым наиболее предпочтительный для израильского руководства маршрут атаки на иранские ядерные объекты. До этого ВВС Израиля постоянно проводили учения в турецком воздушном пространстве и даже использовали его для атаки на предполагаемый ядерный реактор в Сирии в 2007 г.

Главную роль в примирении Турции и Израиля играла интеграция в глобальную систему Сирии. Это государство всегда занимало центральное место в турецко-израильских отношениях. В 1958 г., когда Сирия и Египет создали ОАР, Турция и Израиль заключили свой первый секретный «частный пакт». В 1990-е гг. рост напряженности в отношениях между Турцией и Сирией, вызванный поддержкой последней РПК, ее претензиями на провинцию Хатай и недовольством по поводу сложившегося режима управления водами реки Евфрат, вновь укрепил турецко-израильские связи. Турецко-израильский союз позволил «окружить» Дамаск, что было выгодно обеим участвующим в нем сторонам. Союз соседних государств и рост напряженности, который в октябре 1998 г. чуть не привел к войне, заставили Дамаск выслал лидера РПК А. Оджалана, снять с повестки дня вопрос о провинции Хатай и достичь договоренностей с Турцией относительно разделения вод Евфрата. После этого отношения между Турцией и Сирией стали улучшаться, и два государства в полном соответствии с принципами турецкой политики «ноль проблем с соседями» подписали соглашение о безвизовом пересечении границы и учредили в октябре 2009 г. Совет по высокоуровневому стратегическому сотрудничеству (СВСС). В результате многое из того, что долгое время скрепляло турецко-израильские отношения, просто исчезло, хотя Турция по-прежнему продолжала использовать свои хорошие связи с Израилем и Сирией, предлагая себя на роль посредника в процессе их примирения.

С началом интеграции Сирии в глобальную систему она в очередной раз стала объединяющей силой в турецко-израильских отношениях. На первом этапе Турция проявляла некую нерешительность. Весной 2011 г. Анкара, несмотря на то, что позволила провести в Турции встречу сирийских оппозиционных групп, все еще надеялась воспользоваться своими связями с сирийским режимом, чтобы заставить Б. Асада провести реформы. Но когда выяснилось, что турецкие призывы остались без внимания, Анкара изменила свой курс. Летом 2011 г. Турция начала поддерживать сирийскую оппозицию и дала добро на поставку оружия сирийским повстанцам через свою территорию. Столкнувшись с сотнями тысяч беженцев, она даже поддержала идею международной интервенции. С эскалацией конфликта в Сирии вновь проявились крепкие связи Турции и Израиля. С 2012 г. Турция и Израиль все больше и больше сходились во взглядах на ситуацию в Сирии, обмениваясь разведывательной информацией, в частности касающейся перемещения химического оружия. Ряд инцидентов, произошедших на Голанских высотах, усилили беспокойство Израиля относительно дестабилизации еще одного участка границы (в дополнение к его проблемам на границе с Ливаном, Газой и Синаем). Уже в феврале 2013 г. Израиль снял запрет на сделки с современным высокотехнологичным оборудованием с Турцией, поставив комплексы AWACS, которые значительно повысили возможности раннего предупреждения1. Турецко-израильское сотрудничество, предполагающее обмен разведывательной информацией, имеет огромное значение в деле контроля над перемещением оружия массового уничтожения, особенно учитывая возможный крах нынешнего сирийского режима. Более того, как Турция, так и Израиль опасаются так называемой «сомализации» Сирии и проникновения в ряды сирийской оппозиции джихадистов. Скорейшее падение режима Б. Асада и формирование нового умеренного правительства, которое бы более тесно сотрудничало с глобальной системой, находится в сфере интересов обеих государств.



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 8 |
Похожие работы:

«Андреянова Светлана Игоревна СТРУКТУРА И ОСОБЕННОСТИ ФОРМИРОВАНИЯ КОНФЕССИОНАЛЬНОГО ПРОСТРАНСТВА СЕВЕРНОГО КАВКАЗА 25.00.24 – Экономическая, социальная, политическая и рекреационная география ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата географических наук Научный руководитель – доктор географических наук, доцент ЛЫСЕНКО А.В. СТАВРОПОЛЬ – 2015 СОДЕРЖАНИЕ Стр. Введение ГЛАВА 1. История, теория и методология изучения 8...»

«Суханов Владислав Анатольевич Международное сотрудничество в борьбе с коррупцией в органах власти Специальность 23.00.04 – политические проблемы международных отношений, глобального и регионального развития Диссертация на соискание ученой степени...»

«ПЕТРОВА Татьяна Павловна ЭВОЛЮЦИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ И ДИПЛОМАТИИ ПЕРУ (1821-2013 гг.) Диссертация на соискание ученой степени доктора исторических наук Специальность: 07.00.15 – история международных отношений и внешней политики Москва – Содержание ВВЕДЕНИЕ ГЛАВА 1 ФОРМИРОВАНИЕ МИНИСТЕРСТВА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ РЕСПУБЛИКИ ПЕРУ. ОСНОВНЫЕ ЦЕЛИ И ЗАДАЧИ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ В НАЧАЛЬНЫЙ ПЕРИОД НЕЗАВИСИМОСТИ Раздел 1.1. Анализ начального этапа...»

«ЗВЕРЕВ Антон Игоревич ТЕАТРАЛЬНАЯ ЛЕКСИКА И ТЕРМИНОЛОГИЯ В ПОЛИТИЧЕСКОМ ДИСКУРСЕ (НА МАТЕРИАЛЕ РУССКОЙ И НЕМЕЦКОЙ ПУБЛИЦИСТИКИ) Специальность 10.02.19 – Теория языка Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук Научный руководитель: доктор филологических наук, профессор Крысин Л.П. Москва Содержание: Введение Глава I. Концепт «театр» 1. К определению...»

«ЧЭНЬ ДИ Социальные медиа в решении актуальных общественно-политических проблем Специальность 10.01.10 — журналистика ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата политических наук Научный руководитель — кандидат политических наук, доцент Р. В. Бекуров Санкт-Петербург Содержание Введение Глава 1.Web 2.0.: трансформация современной медиасреды 1.1.Социальные медиа: понятие, типология, этапы развития 1.2.Социальные медиа как...»

«БОСТАНОВ МАГОМЕТ ЭНВЕРОВИЧ ГЛОБАЛИЗАЦИОННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ ТУРЕЦКОЙ РЕСПУБЛИКИ В РЕГИОНЕ ЛЕВАНТА Специальность 23.00.04 – Политические проблемы международных отношений, глобального и регионального развития Диссертация на соискание ученой степени кандидата политических наук Научный руководитель: канд. полит. наук, доц....»

«Гальперин Роман Игоревич Судебные процессы и политическая защита в Саратовской губернии в 1905-1917 гг. (по материалам Н.Н. Мясоедова) Специальность 07.00.02 – Отечественная история Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук Научный руководитель доктор исторических наук, профессор Ю.В. Варфоломеев Саратов 2015 ОГЛАВЛЕНИЕ Введение Глава I. Адвокатура и политическая защита в...»

«САМАРКИНА НИНА СЕРГЕЕВНА ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ СОВРЕМЕННОГО РОССИЙСКОГО РЫНКА ВООРУЖЕНИЙ Специальность 23.00.04 – Политические проблемы международных отношений, глобального и регионального развития Диссертация на соискание ученой степени кандидата политических наук Научный руководитель к. и. н., доцент ПАВЛЕНКО Ольга Вячеславовна Москва ОГЛАВЛЕНИЕ ВВЕДЕНИЕ ГЛАВА 1....»

«ИВАНОВ Александр Михайлович ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ НА ТЕРРИТОРИИ СМОЛЕНСКОЙ ОБЛАСТИ В ПЕРИОД ПЕРЕСТРОЙКИ (1985-1991 гг.) Специальность 07.00.02. – Отечественная история Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук Научный руководитель: Доктор исторических наук, профессор В.И. Борисов Брянск Оглавление Стр. Введение Глава 1. Кризисные...»

«Аватков Владимир Алексеевич Внешнеполитическая идеология Турецкой Республики при правлении Партии справедливости и развития Специальность 23.00.04 – Политические проблемы международных отношений, глобального и регионального развития Диссертация на соискание ученой степени кандидата политических наук Научный руководитель кандидат исторических наук проф. С.Б. Дружиловский...»

«Тройнина Татьяна Витальевна Массмедиа и трансформирующаяся политическая система: особенности функционирования и взаимодействия (на примере ОАЭ) Специальность 10.01.10 – Журналистика ДИССЕРТАЦИЯ на соискание учёной степени кандидата политических наук Научный руководитель: Доктор политических наук Доктор экономических наук профессор Большаков С.Н. Санкт-Петербург Оглавление: Введение.. Глава 1. Особенности политического развития...»

«Безуглый Владимир Федорович Мобилизационный потенциал этнической идентичности в политических конфликтах Специальность 23.00.0 Политические институты, процессы и технологии Диссертация на соискание ученой степени кандидата политических наук Научный руководитель – доктор политических наук, Газимагомедов Г.Г. Санкт-Петербург 2015 год Содержание Введение. Глава первая. Этнос и этническая идентичность как факторы политических...»

«ПЕРЕЯШКИН АЛЕКСАНДР ВЛАДИСЛАВОВИЧ РЕЛИГИОЗНЫЙ ФАКТОР В СОВРЕМЕННОЙ МИРОВОЙ ПОЛИТИКЕ Диссертация на соискание ученой степени кандидата политических наук по специальности 23.00.04 Политические проблемы международных отношений, глобального и регионального развития. Научный руководитель: доктор политических наук, профессор Г.В. Косов Пятигорск – 2015   СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ.. 3 ГЛАВА I. ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ...»

«Дьяконова Мария Александровна СОВРЕМЕННАЯ ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ИСЛАМСКОЙ РЕСПУБЛИКИ АФГАНИСТАН Специальность: 23.00.0 Политические проблемы международных отношений, глобального и регионального развития Диссертация на соискание ученой степени кандидата политических наук Научный руководитель – доктор политических наук, профессор Панин В.Н. Пятигорск – 20...»









 
2016 www.konf.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, диссертации, конференции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.