WWW.KONF.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Авторефераты, диссертации, конференции
 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 19 |

«Московский изразец в пространстве городской культуры конца XV – XVII века ...»

-- [ Страница 1 ] --

МИНОБРНАУКИ РОССИИ

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ГУМАНИТАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»

(РГГУ)

На правах рукописи

Баранова Светлана Измайловна

Московский изразец в пространстве городской культуры конца XV – XVII века

24.00.03. Музееведение, консервация и реставрация историко-культурных объектов Диссертация на соискание ученой степени доктора исторических наук



Консультант С.О. Шмидт Москва –

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение

Глава 1. Изразец как исторический источник

1.1. Изучение русских изразцов в XIX – начале XXI века: формирование методик.................

1.2. Обзор источников

1.3. Проблемы атрибуции изразцов

Глава 2. Изразцы в Москве: история становления и развития

2.1. Две линии в развитии изразца в XV – первой половине XVII века: изразцы внутри и снаружи зданий Москвы

2.2. Изразец во второй половине XVII века

Глава 3. Московский изразец и пространство городской культуры

3.1. Организация производства изразцов в Москве

3.2. Исполнитель и заказчик. Типология заказа

3.3. Инновации и их источники

3.4. Изразец как коммуникативная система: темы и сюжеты в городской культуре.............. 1 Глава 4. Московский изразец в пространстве России

4.1. Пути и формы миграции

4.2. Региональные версии изразцового производства

Заключение

Приложение: Памятники архитектуры Москвы XV–XVII веков с керамическим (изразцовым) декором

Принятые сокращения

Список источников и литературы

ВВЕДЕНИЕ

Общая характеристика работы

.

Диссертация построена на базе многолетней практической работы по сохранению, музейной обработке, реставрации изразцов и их введению в научный и экспозиционный оборот.

При этом она носит проблемный характер и сосредоточена на определении нового, более изразца значимого места позднесредневекового в культурном пространстве России московского периода ее истории.

Системное, всестороннее исследование изразца как предмета музейного комплектования и хранения, консервации и архитектурной реставрации, а также как историко-культурного явления в жизни позднесредневековой Руси до сих пор отсутствовало. В то же время во всех этих областях накоплен значительный опыт. До сих пор он не анализировался с позиции развития методики исторического исследования и исторического знания. Синтезировать наблюдения и промежуточные выводы, обобщить накопленные результаты анализа артефактов и памятников – цель данной работы. Она базируется, в первую очередь, на авторском опыте комплектования, хранения, фиксации (в том числе при натурной архитектурной реставрации) изразцов, их каталогизации и публикации, музейной атрибуции и экспертизы, формирования экспозиций, а также на введении в оборот значительного объема вновь собранного (архивного) или мало изученного (историографического) материала и, наряду с этим, на опыте источниковедческого и культурно-исторического анализа всей общности строительной и декоративной керамики.

Понятия музейного дела, консервации, реставрации трактуются здесь предельно широко и рассматриваются не только как область исключительно практики, они затрагивают весь спектр вышеперечисленных направлений. Эта широта диктует структурные особенности работы: во-первых, выбор процедуры описания историографии и источников, призванный дать представление об особенностях объекта исследования как исторического источника, подчеркнуть новизну и сложность методических приемов (глава 1); во-вторых, рассмотрение проблем истории русского изразца в хронологической последовательности (глава 2); в третьих, обращение к историко-культурной интерпретации изразца в Москве и за ее пределами (главы 3 и 4).

1 Изр а зе ц – декоративный элемент из обожженной глины (плитка или иная форма с коробкой-румпой на тыльной стороне), используемый при облицовке фасадов зданий и печей. В исследуемый период почти всегда несет рельефную композицию, часто покрыт одноцветной полупрозрачной глазурью или непрозрачной полихромной эмалью.





Актуальность исследования.

Обобщить исследовательский опыт необходимо потому, что в судьбе русского изразца XV–XVII вв. наступает очередной перелом. Его объем в хранилищах за истекшее столетие, особенно за последнюю треть века, стремительно возрос и продолжает возрастать ежегодно, а обработать его успевают далеко не всегда. Тревогу вызывает и судьба уникальных изразцов, сохраняющихся на своих местах в кладках памятников архитектуры: им угрожает опасность утраты в ходе недостаточно квалифицированных реставраций; даже простая консервация их на месте представляет немалую методико-технологическую проблему. Дополнительного анализа требуют распространяющиеся все шире приемы копирования (новыми и традиционными методами) при реставрациях. Наконец, особую область образуют изразцы, собираемые при археологических раскопках2 и широким потоком вливающиеся в хранилища музеев. Все это вызывает необходимость сосредоточить как можно больше усилий на учете изразцов, их натурной фиксации и публикации.

Но стремительное умножение изразцов в музейных собраниях, необычно интенсивные архитектурно-археологические и реставрационные работы последней четверти века – только одна из сторон актуализации. Попадающие в наши руки материалы иные по качеству, чем полстолетия назад. Теперь это надежно датированные серии, входящие, вместе с другими артефактами, в устойчивые архитектурные, археологические, историко-производственные контексты. Это индуцирует попытки извлечь из них максимум исторической информации, выработать новые аналитические приемы в зависимости от встающих научных задач, использовать это новое знание в музейной работе, реставрации, культурных проектах. К сожалению, материалы вводятся в науку на очень разном уровне обработки и анализа, результаты которых не всегда сопоставимы. Поэтому разработка источниковедческих основ, накопление базы фактов и ее структурирование остаются в повестке дня. Это определяет актуальность рассмотрения изразца как полноценного и многогранного исторического источника.

Музейная и реставрационная обработка изразцов отстает от умножающихся источников не только потому, что их много, но и потому, что основные силы музейных хранителей уходят на работу с более дорогим и не таким обильным материалом (книгами, иконами, ювелирными изделиями). В известной мере отставание определяет недооценка культурно-исторического 2 Только в Новом Иерусалиме экспедицией Института археологии РАН за последние три года собрана и готовится к введению в научный оборот многотысячная коллекция уникальных изразцов, с которой автор имел возможность ознакомиться.

значения изразца для России и его научного потенциала как исторического источника. Такую недооценку необходимо преодолеть. На опыт мировой науки, как показал специально предпринятый обзор, можно опереться лишь частично3. Европейские исследователи, как правило, по-прежнему рассматривают изразец в рамках длительной традиции изучения его как изделия эпохи ранней промышленности, архитектурного и художественного объекта4.

В последние десятилетия в российской науке идет напряженный поиск элементов, которые позволят выделить, назвать и, главное, глубже понять характерные особенности московской культуры, неповторимые, присущие только ей структурные элементы. Интерес к истории трансформации Московского царства в Российскую империю и к раскрытию своеобразия культуры позднесредневековой Москвы доказывает само умножение фундаментальных исследований. Через это своеобразие наука старается понять предпосылки 3 Автор имел возможность на протяжении последней четверти века многократно работать в музеях Парижа, Мадрида, Берлина и других городов Европы, а также получать постоянные консультации специалистов, изучающих строительную и бытовую керамику (например: Моника Диттмар, Ofen- und Keramikmuseum, Вельтен, Германия; Мануэль Алонсо Сантос, Museo Nacional de Artes Decorativas, Мадрид).

4 Библиография Германии, Голландии, Англии, Испании, Италии, Франции, Польше и других европейских стран обширна, но ее составляют в основном музейные каталоги и истории местного производства. Избранные примеры:

Korf D. Tegels. Bussum, 1960. 144 p.; Tautavicius A. Vilniaus pilies kokliai (XVI–XVII a.). Vilnius, 1969. 47 p.;

Kulturgeschichte der Wand- und Bodenfliesen von der Antike bis zur Gegenwart. Wiesbaden: R. Lwit, 1970. 287 S.;

Lutz D. Ofenkacheln aus Heilbronn und Umgebung. Heilbron, 1973. 143 p.; Kaufmann G. Bemalte Wandfliesen.

Mnchen, 1973. 243 S.; Offene Kamine und Kachelfen. Frankfurt a. Main, 1974. 96 S.; Jansen-Holldiek W. Renaissance und Barock-Ofenkacheln aus Funden auf zwei Linteler Althoefen. Gemeinde Hude, 1976–1980. 87 S.; Lattauschke G.

Dessauer Barock-Kacheln. Katalog. Dessau, 1977. 89 S.; Austwick, J. & B. The decorated tile. An illustrated history of English tile-making and design. London, 1980. 160 pp.; Gebhard T. Kachelfen. Mittelpunkt huslichen Lebens.

Entwicklung, Form, Technik. Mnchen, 1980. 205 S.; Jansson L. Vom Zauber alter Kacheln. Fliesen, Kacheln, Kachelfen. Freiburg im Breisgau, 1980. 80 S.; Franz R. Der Kacheloffen. Entstehung und kunstgeschichtliche Entwicklung von Mittelalter bis zum Auegang des Klassizismus. Graz, 1981. 369 S.; Hebgen H. Ratgeber Kachelfen.

Technischer Aufbau, Betrieb, Gestaltung. Braunschweig, Wiesbaden, 1981. 148 S.; Lemmen, van H. Victorian tiles.

Haverfordwest, 1981. 32 pp.; Richterov J. Stedovk kachle. Praha, 1982. 173 s.; Strauss K. Die Kachelkunst des 15. Bis

17. Jahrhunderts. Teil III. Mnchen, 1983. 153 S.; Dbrowska M. Kafle i piece kaflowe w Polsce do koca XVIII w.

Warszawa; Krakw; Wrocaw, 1987. 269 s.; Pillin H.-M. Kleinode der Gotik und Renaissance am Oberrheim. Kehl, 1990.

130 S.; Brych V., Stehlikov D.79, egklitz J. Prask kachle doby gotick a renesann. Katalog vstavy. Prajsky stav sttn pamtkov ре a ochrany prody. Praha, 1990. 180 s.; Volker A., Westphalen Th., Zubek P. Kachelofen in Schleswig-Holstein. Heide in Holstein, 1990. 180 S.; Gierlichs J. Drache. Phnix. Doppeladler. Fabelwesen in der islamischen Kunst. Berlin, 1993. 68 S.; Klein A. Deutsche Keramik von den Anfngen bis zur Gegenwart. Berlin, 1993.

155 S.; Lemmen, van H. Tiles in architecture. London, 1993. 240 pp.; Dittmar M. Ofen-stadt-Ansichten. Eine Ausstellung des Frdervereins Ofen- und Keramikmuseum Velten e.V. 1994. Velten, 1994. 48 S.; Porter V. Islamic tiles. L., 1995.

128 pp.; Lemmen, van H. Delfter Kacheln. Stuttgart, 1997. 220 pp.; Carswell J. Iznik pottery. The British Museum Press.

London, 1998. 128 pp.; Dittmar M. "Doch auch dies letzte Abendroth der Ofenmalerei erbleicht..." Katalog zur Ausstellung "Knstlerffen – ofenknstler". Velten, 2000. 52 S.; Les Delia Robbia. Sculptures en terre cuite maille de la Renaissance italeinne. Paris, 2002. 167 p.; Historische Kacheln und Model vom Sptmittelalter bis zum Jugendstil. Die Sammlung der Staatlichen Fachschule fr Keramik Landshut. Landshut, 2002. 144 S.; Tomii. Regensburg - Budim - Ilok.

Krasnosrednjovjekovni penjaci iz dvora knezova Ilokih dokaz sveza Iloka i Europe // Prilozi Instituta za arheologiju u Zagrebu. Zagreb, 2004. Vol. 21. P. 143–176; Museu nacional do Azulejo. Roteiro. Lisboa, 2005. 239 pp.; HallenkampLumpe J. Studien zur Ofenkeramik des 12. bis 17. Jahrhunderts anhand von Bodenfunden aus Westfalen-Lippe. Mainz, 2006. 459, 180, [9] S.; Koller G. Schnheit aus dem Feuer. Fliesenkunst aus acht Jahrhunderten. Mnchen, 2006. 120 S.;

Santos M.A. Vida cotidiana en el siglo XVIII: la cocina de azulejos del MNAD. Madrid, 2011. 16 p.

5 Для примера: Топычканов А.В. Повседневная жизнь дворцового села Измайлова в документах приказной избы последней четверти XVII в. М., 2004. 368 с.; Седов П.В. Закат Московского царства, царский двор конца XVII века.

грядущих трансформаций XVIII–XIX вв. и очертить круг «наследственных идей», оставленных нам людьми Московского государства.

Очевидно, что уже сам выбор в качестве основного объекта исследования именно изразцов (которые давно признаны исконно московским материалом) и раскрытие их потенциала как исторического источника позволяют вписать работу в актуальный научный контекст. Кроме общей ситуации в области исследований Московской Руси XVI–XVII вв., давно сформировалась и внутренняя потребность всестороннего изучения изразца, выработки научного подхода к нему как части историкокультурного наследия России6. Таким образом, работа стремится заполнить пробел в отечественной историографии, став актуальной и для общеевропейской истории культуры.

Объект и предмет исследования.

Объектом исследования являются русские изразцы позднего средневековья в составе музейных собраний и на памятниках архитектуры, рассматриваемые во всем многообразии их свойств и с привлечением архивных материалов. Предмет исследования – вопросы хранения, консервации, фиксации и каталогизации изразцов при реставрации и в музейном хранении, их атрибуции и экспертизы, а также рассмотрение изразца как историко-культурного явления в жизни позднесредневековой Москвы в контексте ее городской культуры; интерпретация изразца как особой группы исторических источников, занимающей своеобразное положение на стыке материальных, иконографических, отчасти эпиграфических и других их видов.

Изразец – один из самых многочисленных видов артефактов. Появившись в конце XV в., он спорадически встречается в течение всего XVI в. в составе памятников архитектуры, а с XVII в., особенно с его середины, достигает поистине общерусского распространения и становится массовым материалом, заполняя не только фасады зданий, но и проникая в их интерьер, где широко используется для оформления печей и, гораздо реже, для создания монументальных эпиграфических композиций или для других целей. Потенциальная информативность такого объекта исследования исключительно высока. Несмотря на полтора столетия изучения, она далеко не реализована. Возможен гораздо более многосторонний и углубленный, чем ранее, анализ изразца с точки зрения музееведения, процессов реставрации и консервации, а также исторического источника.

СПб., 2006. 604 с.; Бусева-Давыдова И.Л. Культура и искусство в эпоху перемен: Россия семнадцатого столетия.

М., 2008. 364 с. и мн. др.

6 В оценке изразца как предмета изучения и источника, имеющего самостоятельное значение, мы не одиноки – по крайней мере, с тех пор, как два десятилетия назад в музее в Коломенском прошла специальная конференция «Русский изразец». Ее опубликованные материалы широко используются до настоящего времени. См. КМИ.

Вып. 5, ч. 1–2. М., 1993. В 2005 г. МГОМЗ совместно с Государственным Эрмитажем успешно провел второй научно-практический семинар по истории средневековой строительной керамики Восточной Европы.

Хронологические границы исследования.

Хронологически исследование изразцового производства в Москве охватывает чуть более двух столетий – с конца XV до рубежа XVII–XVIII вв. С точки зрения музееведения, так же как с точки зрения архитектурной реставрации, это время можно рассматривать как единый период. Базовые технические характеристики изразца остаются неизменными, и в его изучении можно применять очень близкие методы комплектования, хранения, атрибуции, консервации, фиксации материала.

Широкие хронологические рамки позволяют проследить весь средневековый этап культурно-исторической и бытовой традиции производства и использования изразцов (в целом, конечно, гораздо более длительной). Понять процесс без его генезиса невозможно, а у русского изразца он занимает очень значительный промежуток, от конца XV до начала XVII в., причем ранний этап до сих пор специально не изучался и требует детального анализа. Это определяет нижнюю грань исследования. Выбор верхней границы оправдан тем, что за ним начинается совершенно новый культурно-исторический этап, связанный с эпохой петровских преобразований. Они внесут коренные перемены и в изразцовое производство.

«Золотой век» московского изразца начался в середине – второй половине XVII в., поэтому финальный период изучен особенно обстоятельно. Минимально устойчивым изучаемое явление стало не ранее рубежа XVI–XVII вв. С периодом расцвета московского изразца, с эпохой царствования Алексея Михайловича, Федора Алексеевича, «дуумвиров»

Иоанна и Петра Алексеевичей и раннего правления Петра I, связан и основной блок имеющихся источников. Таким образом, в определении границы развития московского изразца XVII в.

совмещены историко-культурный и формально-стилистический (типологический) подходы.

Цели и задачи исследования.

Цель исследования – системное исследование изразца как предмета музейного комплектования и хранения, консервации и архитектурной реставрации, а также рассмотрение его истории конца XV–XVII вв. в контексте русской (преимущественно московской) городской культуры, представив его как особый вид массового исторического источника. Основная цель достигается решением ряда промежуточных задач. Принципиально важно выработать методический подход к систематизации огромного массива изразцов Москвы, отложившихся в музейных собраниях, полученных при архитектурных реставрациях и археологических раскопках и сохраняющихся на древних зданиях. Этот подход необходимо применить к выявленному в ходе исследования корпусу артефактов и зданий. Эта задача решается путем создания свода памятников Москвы, несущих изразцовый декор или имевших его в прошлом (часть введена в оборот впервые). Параллельно решается задача подробного анализа отдельных артефактов с применением всего арсенала музейной атрибуции и экспертизы (сюжетной, технологической, в ряде случаев эпиграфической и др.). Третья задача – рассмотреть комплексы изразцов в контексте тех зданий, с которыми они неразрывно связаны.

Эти задачи решаются в основном методами музейного (вещеведческого) и архитектурноархеологического (реставрационного) исследования. Но для исследования утраченных или плохо сохранившихся объектов важнейшими становятся историографическое и архивное исследования, включающие самостоятельный поиск текстов и изображений в архивах, их анализ и ввод в научный оборот.

Особая группа задач – выявление разнообразных связей, существовавших между материальными объектами и конкретными личностями (ктиторы, архитекторы, мастера), а также социальными группами (двор, высшее духовенство, жители посада – купечество, стрельцы, ремесленные слободы), которые формировали заказ, обеспечивали его средствами, производили изразцы, строили здания. В изразцовом уборе выразились их бытовые и эстетические предпочтения, духовные потребности. Это своего рода послание, которое нуждается в интерпретации. Впрочем, роль изразцового декора, его функция в городской среде отнюдь не ограничена кругом заказчиков и исполнителей. Каждый горожанин (и не только горожанин) визуально воспринимал архитектурный декор фасадов храмов, общественных зданий и печей, в той или иной мере «считывал» заключенный в нем смысл. Особые символико-аллегорические композиции и, прежде всего, изразцовые надписи требуют реконструкция и истолкования. Выявление функции изразца как средства коммуникации, репрезентации, информации, церковной дидактики – особенно сложная и впервые формулируемая задача.

Более традиционны исследования организации производства и распределения изразцов.

Сюда входят вопросы социального статуса мастеров, их персонального состава и положения в мире ремесленных слобод и придворных мастерских; торговли и иных форм передачи изразцов потребителям; некоторые вопросы технологии, важные для атрибуции (хронология, установление «почерка» мастерских).

Отдельная, исключительно важная с точки зрения истории русской культуры задача – раскрытие на основе изучения изразца путей проникновения в Россию технических и культурных новшеств из Европы, поскольку первые шаги в производстве изразцов всегда связаны с разными формами импорта технологий.

Загрузка...
Массовость изделий и рыночный характер их производства, по крайней мере с XVII в. позволяет наблюдать «аккультурацию» новинок в пространстве Московии, работу таких механизмов, как отбор особенно привлекательных (или просто приемлемых) сюжетов и доступных подражанию технических приемов, их дальнейшую трансформацию. В результате решаются задачи восприятия «своего» и «чужого», внося новые важные детали в историю модернизации России XVI–XVII вв.

Для решения интерпретационных задач широко привлекаются традиционные источники (письменные, иконографические, геральдические и иные). Результаты решения всех задач синтезируются на промежуточных стадиях, обеспечивая последующий историко-культурный синтез, который на новом уровне раскрывает механизмы производства, распространения, функционирования изразцов в городской среде, с последующим их осмыслением на уровне общей истории русской культуры Московского периода.

Методология и методы исследования.

Исследования изразца как части материального культурного наследия, предмета музейного комплектования и хранения, консервации, работы по атрибуции и музейной экспертизе базируются в основном на методах практического музееведения, поскольку эта часть исследования не выходит из рамок общепринятой теории музеологии, охватывая весь спектр тем, связанных сегодня с изучением изразца как части движимого наследия, включенного в состав коллекций. Важная особенность методического подхода в данном случае состоит в том, что изразец представляется одновременно и как часть недвижимого культурного наследия – в тех случаях, когда он сохраняется в составе уцелевших памятников архитектуры7.

Здесь методы музееведения, консервации и реставрации практически смыкаются, переходя друг в друга. В свою очередь, применяемые методы реставрации и консервации в их теоретической части укладываются в общие представления о принципах научной реставрации, зафиксированные рядом общеевропейских и всемирных деклараций (Венецианская хартия и др.) и отраженные в методической литературе, российской и зарубежной8.

Иначе обстоит дело с реализацией системного подхода к изразцу как историческому источнику. В системе источников, на основе которых формируется историческое знание, за 7 В принципе, не исключено даже конвертирование одной формы в другую и обратно – при снятии для консервации и реставрации с обратной установкой отдельных изразцов; при замене их на копии при сохранении подлинников в музее; при возвращении в состав разрушенных и восстановленных памятников (при всей спорности таких решений) и другие варианты.

8 Международное право и охрана культурного наследия. Документы, библиография. Афины, 1997. 235 с.;

Подъяпольский С.С. и др. Реставрация памятников архитектуры. Учебное пособие для ВУЗов. М., 2000. 288 с.;

Бранди Чезаре. Теория реставрации и другие работы по темам охраны, консервации и реставрации. М.: Nardini editore, 2011. 264 с.

последние два столетия произошли существенные перемены, в их числе – включение в круг источников «нетекстовых» свидетельств, прежде всего объектов материальной культуры, приемы критики и интерпретации которых с точки зрения исследовательской процедуры существенно отличаются от приемов, используемых в области письменной истории. Конечно, такие группы источников, как монеты, печати, наградные знаки, инсигнии, бытовые предметы, надгробия и другие артефакты, в том числе изразцы, историки широко использовали и раньше.

Но в основном как иллюстрации или как носители надписей или символов, к которым применялись традиционные виды анализа (текстологический и другие).

С развитием музееведения, теории и истории реставрации, истории материальной культуры, археологии и близких им дисциплин, в значительной мере опирающихся на «немые»

свидетельства и широко привлекающих приемы из областей точных и естественных наук, историческое исследование материального мира прошлого стало гораздо самостоятельнее и более системным.

Это произошло не спонтанно, а благодаря приложению целенаправленных усилий, для выявления информационного потенциала, накопленного в области материальной культуры человечества и пригодного для исторических заключений. Так, за столетие с середины XIX до середины ХХ в. было выработано представление об объектах архитектуры как многогранных исторических источниках9, в результате такого подхода были заново написаны исследования, например, в области истории культуры и искусства домонгольской Руси 10.

Критическая переоценка оказалась полезной и для семантически сложных, многоуровневых объектов, таких как городские некрополи11, и для отдельных групп артефактов, например безымянных надгробий Московской Руси12.

В каждом таком случае требовалось разработать и показать в действии механизм формирования нового исторического знания на основе анализа избранной группы объектов. В результате в области средневековой истории, которую освещает достаточно широкий круг традиционных источников, применение метода параллельного анализа неписьменных и 9 Воронин Н.Н. Архитектурный памятник как исторический источник: Заметки к постановке вопроса // СА. – 1954.

– № 19. – С. 41–76.

Воронин Н.Н. Зодчество Северо-Восточной Руси XII–XV вв.: В 2 т. М., 1961–1962. 584, 559 с.; Раппопорт П.А.

Архитектура Древней Руси и археология // КСИА. 1982. Вып. 172. С. 3–9; Он же. Русская архитектура X–XIII вв.:

Каталог памятников. Л., 1982. 136 с.; История русского искусства: в 22 т. Т. 1: Искусство Киевской Руси: IX – первая четверть XII в. М., 2007. 664 с.; Т.1, ч. 2: Искусство 20–60-х гг. XII в. М., 2012. 462 с.

Шокарев С.Ю. Московский некрополь XV – начала XX в. как социокультурное явление: (источниковедческий аспект): автореф. дис.... канд. ист. наук. М., 2000. 25 с.

Беляев Л.А. Русское средневековое надгробие: Белокаменные плиты Москвы и Северо-Восточной Руси XIII– XVII вв. М., 1996. 572 с.; Русское средневековое надгробие: XIII–XVII вв.: Материалы к своду / под ред.

Л.А. Беляева. М., 2006. Вып. 1. 359 с.

письменных свидетельств с последующим сравнением результатов привело к появлению комплексного или мультидисциплинарного подхода13.

В работе использована принципиально близкая методика, но примененная к иной группе носителей информации. Комплексный подход необходим для более глубокого понимания процессов, прослеживаемых как на уровне местной «короткой» истории, так и в гораздо более широком пространстве и хронологическом интервале, близком понятию «длительного времени». Он принципиально схож с направлениями западной исторической антропологии с ее вниманием к истории повседневности и, особенно, микроистории (Ж. Ле Гофф14 и др.), которые со второй половины ХХ в., а особенно в последние десятилетия, заняли прочное место в отечественной науке15.

К анализу изразца как особого исторического источника привлекаются смежные области исследования (история строительства, геральдика, эмблематика), а также на первый взгляд мало связанные с ним генеалогия, просопография и другие специальные исторические дисциплины.

Потребовался также целый ряд предварительных исследовательских аналитических процедур (см. ниже).

Особую роль в исследовании играет критика источников, источниковедческий анализ изразцов и связанных с ними иных источников как подлинных документов своего времени. Эти методы стали главным рабочим инструментом и позволили проникнуть в суть ряда явлений жизни позднесредневековой Москвы. Так, выявление полного круга московских объектов (памятников с изразцовым декором, сохранившихся и утраченных, изразцовых печей, отдельных изразцов и коллекций) обеспечило переход к определению своеобразия и функционирования элементов; к систематизации и анализу основных сюжетных мотивов; к раскрытию содержательной тематики отдельных изразцов и их комбинаций; к изучению организации и истории производства в Москве; к определению периодов становления и развития московского круга мастеров и мастерских/школ.

13 Янин В.Л. К проблеме интеграции в изучении вещественных и письменных источников по истории русского средневековья // ИССР. 1973. № 3. С. 67–78; Он же. Очерки комплексного источниковедения. М., 1977. 241 с.;

Чернов С.З. Комплексное исследование и охрана русского средневекового ландшафта по материалам древнего

Радонежского княжества. М., 1987. 161 с.; см. также предисловие к трехтомнику: Культура средневековой Москвы:

исторические ландшафты / под ред. Л.А. Беляева, Н.А. Макарова, С.З. Чернова, Н.А. Кренке. М., 2004. Т. 1. С. 9– и др.

14 Ле Гофф Ж. Другое Средневековье: время, труд и культура Запада. Екатеринбург, 2000. 328 с.; Он же.

Средневековый мир воображаемого. М., 2001. 440 с.

Гуревич А.Я. Проблемы средневековой народной культуры. М., 1981. 359 с.; Он же. Средневековый мир:

культура безмолвствующего большинства. М., 1990. 396 с.; Кром М.М. Историческая антропология. СПб., 2010.

216 с.

Состояние изученности вопроса, степень разработанности проблемы.

Изразцы как целое, как особая область источников из сферы материальной культуры, недостаточно изучены. Исследования и публикации отдельных комплексов, коллекций и памятников, напротив, чрезвычайно многочисленны (часть привлекаемых к анализу материалов в науке использовали еще в XIX в.). Но при этом, кроме редчайших случаев, не публикуются музейные каталоги и сводки, не оценено количество и состояние изученности изразцов в хранилищах, не предложены эталонные примеры их научной обработки. Изучение символикосодержательной стороны московского изразца ограничено сохранившимися архитектурными объектами и лишь в малой степени использует музейные коллекции, письменные источники, археологические контексты16.

Рассмотрение изразца всегда оставалось в рамках одного из подходов (чаще всего – историко-художественного) и невольно выделяло одно из качеств многогранного источника, привлекая остальные стороны, в лучшем случае как готовые выводы (например, для построения хронологии). В известной степени это обусловлено не только постепенным развитием комплексного метода, но и заданной, реальной сложностью объекта.

К настоящему времени не существует и достаточно полного обзора истории с оценкой генезиса и роли изразца в городской культуре Москвы и всей России позднего средневековья.

Правда, картина развития изразца в общих чертах давно обрисована, главные центры производства обозначены, некоторые местные особенности выявлены. Но очевидная привлекательность и кажущаяся доступность материала для описания и интерпретации привели к недооценке заключенной в нем культурно-исторической информации и музейного потенциала.

Избранная область все еще нуждается в упорядочении, систематизации и анализе даже опубликованного материала (так, группировка памятников в трудах обзорного характера давно требует уточнения и расширения). Но прежде всего – в его максимально полном выявлении и введении в научный оборот. Это касается как музейных хранилищ, так и уцелевших памятников; как археологических коллекций, так и архивных материалов (отчеты о раскопках и реставрациях, и не только). Полное осуществление этой задачи потребует работы многих коллективов, но даже частичное решение дает возможность поднять на новый уровень работу по атрибуции и экспертизе, систематизировать сбор и хранение изразцов, научиться новым Попытки археологов создать методику морфологического описания изразцов в практической работе пока не дали ожидаемых результатов.

приемам работы по учету и консервации изразцов при реставрации архитектуры и в архитектурно-археологической области. Это позволяет перейти к интерпретационному анализу изразцов, более точно и полно обрисовать присущие Москве приемы их производства и использования, с большим основанием говорить о формировании новой области «московской культурной модели».

Научная новизна работы.

До сих пор ни один из узко дисциплинарных подходов не охватывал изразцы целиком как явление и не предполагал полноценное использование их как особой категории исторических источников. В диссертации изразцы впервые рассмотрены как самостоятельный вид источников. С их помощью на основе комплексного подхода выявляются особые элементы городской культуры Московской Руси, ранее не попадавшие в поле зрения историков.

С никогда ранее не достигавшейся полнотой охвачены комплексы изразцов на древних зданиях и в музейных собраниях (Москвы и некоторых других городов), включая случайно обнаруженные предметы и их документированные серии, происходящие с разобранных зданий или полученные при раскопках. Источниковедческий анализ впервые охватил всю коллекцию изразцов МГОМЗ (ранее ГМЗ «Коломенское»), насчитывающую около 16 000 единиц хранения, и многие другие (полный обзор см. во втором разделе главы 1). Исследование такого объема предметов впервые проведено с использованием всего арсенала музейной атрибуции и экспертизы, включая сюжетную, технологическую, в ряде случаев эпиграфическую и др. При этом изучались не только предметы, но и здания, с которыми они могли быть неразрывно связаны, а также социальные организмы и группы, благодаря которым они смогли появиться. В результате впервые создана информационная база, представленная и вводимая в оборот в виде свода памятников архитектуры Москвы с изразцовым декором, куда включены ранее неизвестные или считавшиеся полностью утраченными комплексы (см. приложение).

Выполнение этих задач обеспечило гораздо более полное раскрытие механизма производства, распространения, функционирования изразцов в городской среде. Изучив комплексы предметов вместе с их окружением, мы получили возможность осветить особенно интересную область – взаимодействие реальных личностей, вступавших между собой в деловые и иные отношения по поводу заказа, производства, покупки, сборки и установки изготовленных объектов. Отношения эти, как будет показано, иногда поднимаются до уровня политики, а их субъекты оказываются высокопоставленными и исключительно яркими историческими персонажами.

Впервые появилась возможность проследить на избранном материале оттенки социальной психологии, психологии потребления. Понять причины тех или иных вкусовых предпочтений москвичей, выявить общественную нишу на «рынке материальной культуры», которую постепенно заполнило такое мощное и бурно развивавшееся, особенно на протяжении XVII в., явление, как изразец. Это отчасти помогло разобрать и механизм усвоения западных инноваций (отнюдь не только технологических), проследить их судьбу на русской почве.

Практическая значимость работы.

Практическое использование результатов работы началось еще в процессе ее написания, особенно после выхода первых книг автора по этой теме. Основной областью применения стала музейная и реставрационная практика. На заложенные в диссертации методические подходы опиралась осуществленная в 1980–2000-х гг. работа по комплектованию огромного по объему комплекса строительной керамики XV–XVII вв. (в собрание МГОМЗ поступило около 70 000 музейных предметов); по атрибуции и каталогизации в рамках учета и изучения музейных предметов (КП, Научный инвентарь, КАМИС, электронные публикации), а также по изданию первого научного каталога архитектурного изразца Москвы XVII в. из собрания МГОМЗ17.

Научные наработки широко используются для составления экспертных заключений (письменных и устных) по заказам музеев России, участия в работе Экспертного совета Фонда по воссозданию Ново-Иерусалимского монастыря (с 2010 г.), экспертных фондово-закупочных комиссий МГОМЗ и Государственного музея керамики и «Усадьба Кусково XVIII века».

Не менее важно применение этих методик при создании музейных концепций, тематикоэкспозиционных планов экспозиций и выставок, как в России, так и за рубежом (список приведен ниже).

Работа нашла широкое применение при реставрационных и архитектурноархеологических исследованиях. В процессе реставрации коллекции изразцов МГОМЗ, осуществляемой ВХНРЦ им. академика И.Э. Грабаря, используются разработанные под руководством автора реконструкции фрагментов декора, а также выработанные совместно с реставраторами методики18. Методика описания и анализа технологий применяется при Баранова С.И. Московский архитектурный изразец XVII века в собрании Московского государственного объединенного музея-заповедника Коломенское–Измайлово–Лефортово–Люблино. М., 2013.

Шаркова Е.Н. Реставрация изразцов из собрания Музея «Коломенское»: концептуальный подход реставратора и музейного хранителя к реставрации музейных предметов // VII Грабаревские чтения: доклады, сообщения, тезисы.

М., 2010. С. 334–341; 2. 95 лет научной реставрации: открытия и повседневность. Каталог выставки. М., 2013.

296 с.; Баранова С.И. Памятник эпиграфики. Об атрибуции и реставрации керамической надписи на колокольне храма Святых Адриана и Наталии в Москве // Живой город: рro et contra: о московской реставрации. М., 2010.

С. 110–115.

натурных работах в Коломенском с 1990-х гг. и с особым размахом при активно ведущемся с 2010 г. изучении памятников Ново-Иерусалимского монастыря с целью их восстановления и создания музея. В разрабатываемой автором концепции этого музея тема изразцового производства займет центральное место.

Полученные научные результаты широко используются в практике преподавания. На них основаны курсы «Комплектование, учет, хранение музейных предметов», «Основные направления музейной деятельности», спецкурс «Музейный хранитель: профессия и призвание», научное руководство дипломными и магистерскими работами на кафедре Музееведения РГГУ (8 дипломных работ и 3 магистерских диссертации), спецкурс «Московский изразец» в СПТГУ, занятия в рамках повышения квалификации для музейных сотрудников в АПРИКТ. Эти данные используются при консультациях для историков и искусствоведов, включаются в труды по истории, культуре, быту, церковной жизни, искусству России XVI–XVII вв.

Апробация результатов исследования и степень их достоверности.

Основные положения диссертации представлены в 96 статьях, в том числе вышедших за рубежом, а также 5 монографических изданиях. Из них 19 изданы в рецензируемых журналах, входящих в систему РИНЦ. Значительное количество публикаций вышло в музееведческих изданиях («Вестник РГГУ». Серия «Культурология. Искусствоведение. Музеология»; журнал «Музей» и др.)19.

Научные выводы и материалы диссертации были представлены на более чем конференциях, симпозиумах, семинарах, в том числе международных. Среди них основные:

конференция «Русский изразец» (1993, МГОМЗ), научный совет «Позднее средневековье в истории России» (2001, ГИМ); чтения памяти Л.А. Давида в ЦНРПМ (2004, 2005, 2013, 2014);

«Никоновские чтения» (2001, 2002, ГИАМЗ «Новый Иерусалим»), чтения памяти П.Д. Барановского (2001, 2002, 2007, 2010, 2013, РГГУ), конференции «Искусство христианского мира» в (2003, 2004, 2009, ПСТГУ), семинары «Проблемы археологии и истории Москвы и Подмосковья» (1999, 2000, 2002, Музей истории Москвы), конференция «Строительная керамика Восточной Европы в эпоху Средневековья и Возрождения: сохранение и передача культурных импульсов» (2005, МГОМЗ, ГЭ), конференции «Вспомогательные исторические дисциплины в современном научном знании» (2007, 2012, 2013, РГГУ), Забелинские научные чтения (2008, ГИМ), конференция «Искусство и культура русской

Список основных публикаций по теме диссертации см.: Список литературы с № 15 по № 77.

усадьбы XVII–XIX вв.» (2008, МГОМЗ), Кадашевские чтения (2008, ц. Воскресения в Кадашах), юбилейная научная конференция к 200-летию со дня рождения Ф.

Ф. Рихтера (2008, Московский Кремль), Всероссийские краеведческие чтения (2008, 2009, 2010, 2011, 2012, 2013, РГГУ), конференции «Архитектурное наследство» (2008, 2009, 2011, 2013, НИИТАГ), конференция «Коломенское. Россия и Европа XVII века» (2009, МГОМЗ), научно-практический семинар «Краеведение в музейном сообществе» (2009, МГОМЗ, Московское краеведческое общество, РГГУ), научные чтения памяти И.П. Болотцевой (2010, 2012, Ярославский художественный музей), конференция «Историография источниковедения и вспомогательных исторических дисциплин» (2010, РГГУ), конференция «Историческая география: пространство человека VS человек в пространстве» (2011, РГГУ), конференция «Экспертиза и атрибуция произведений изобразительного искусства» (2011, ГТГ), конференция «Археография музейного предмета» (2012, РГГУ), конференция «Новый Иерусалим: История и современность» (2012, ГИАМЗ «Новый Иерусалим»), конференция «От смуты к империи. Новые открытия в области археологии и истории России XVI–XVIII вв.» (2012, ИИ РАН и ИА РАН), конференция «Академическое искусствоведение, археология, научная реставрация сегодня» (2013, Высшая школа реставрации РГГУ), конференция «Вспомогательные и специальные науки истории в ХХ

– начале XXI вв.: Призвание, творчество, научное служение историка» (2014, РГГУ) и др.

Важным элементом апробации стали экспозиции и выставки, проведенные по авторским концепциям или в составе авторской группы: «Город храмов и палат» (1997. Москва, Белые палаты на Пречистенке); «Московский изразец» (1996–2007. Москва, МГОМЗ); «Вехи истории»

(с 2006 по настоящее время. Москва, МГОМЗ), «Мастера. Техника и искусство русского строителя XIV–XIX веков» (с 2007 по настоящее время. Москва, МГОМЗ); «Московский изразец» (с 2007 по настоящее время. Москва, МГОМЗ); «Из музейной сокровищницы. Новые поступления» (2012. Москва, МГОМЗ) и др. Результат изучения региональных версий апробирован при создании концепции и тематико-экспозиционного плана, а также аннотирования выставки «Путь изразца» (2012–2013. Государственный историкоархитектурный и художественный музей «Остров-град Свияжск»). Особое значение для апробации приобрело участие в выставках «Sainte Russie» (2010. Париж, Лувр) и ее аналог «Святая Русь» (2011. Москва, ГТГ).

Продолжением работы по экспонированию материала стало создание концепции «Музея изразца» в усадьбе Измайлово и презентация проектов двух международных выставочных проектов: «Русский kachel» в Немецком музее керамики (Дюссельдорф, Германия) и «1000 лет русского изразца» в Национальном музее декоративного искусства (Мадрид, Испания).

Достоверность результатов исследования подтверждает широкое использование коллегами выводов и материалов исследования, уже много лет вводимых в науку, а также многочисленные положительные рецензии и активные отзывы специалистов на опубликованные монографии и проекты выставок.

–  –  –

Работа состоит из введения, четырех глав, заключения, приложения (свода памятников архитектуры Москвы XV–XVII вв. с изразцовым декором), списка принятых сокращений и списка литературы.

Во введении рассматривается актуальность темы исследования, ее объект и предмет, степень разработанности. Ставятся цели и задачи исследования, характеризуется его научная новизна, теоретическая и практическая значимость, подходы и методики (в т.ч. специально разработанные). Формулируются положения, выносимые на диссертационный диспут.

Первая глава диссертации («Изразец как исторический источник») состоит из трех разделов, где анализируются разные аспекты сложившихся ранее подходов к изучению изразцов как источников по истории культуры. Первый раздел («Изучение русских изразцов в XIX – начале XXI века: формирование методики») посвящен обзору пути, пройденному наукой в исследовании изразцов, выделяются основные направления и тенденции. Подчеркнуто отсутствие основополагающего труда, который рассматривал бы изразец как особый вид исторического источника, в рамках междисциплинарного подхода. В исторической науке XIX в. выделяются «архитектурно-реставрационное», «архивное» и «музейное» направления исследований, к которым в первой четверти ХХ в. присоединяется технологическое и археологическое направления и изучение истории изразца в рамках истории искусства.

Демонстрируется характерное для современного этапа привлечение методов источниковедения и инструментария региональной истории. В том же разделе дан обзор историографии по истории организации строительного производства в Москве XV–XVII вв. в целом (в т.ч. по роли заказчика), по развитию городов Московского государства, истории повседневности. Эти труды создают культурный контекст, без которого невозможно всестороннее исследование вопроса.

Второй раздел главы 1 («Обзор источников») содержит классификацию источников для изучения изразца как явления московской жизни. Они включают прежде всего сами изразцы, анализируемые в соответствии с комплексным подходом: и как продукт производства, и как элемент быта, и как явление городской культуры. В состав источников включаются не только отдельные изразцы или их серии и комплексы в составе музейных собраний, но также сами здания с изразцовым декором; отчеты о раскопках и реставрационных исследованиях;

иконографический материал; письменные источники музейного и архивного хранения (в т.ч.

исследовательские тексты: диссертации, описания коллекций, исторические и иные сочинения).

Многие письменные и изобразительные материалы используются в исследовании впервые.

Другие давно опубликованы: русские летописи, описи города Москвы XVII–XVIII вв., материалы для церковной топографии, а также описательно-литературные и краеведческие материалы XVIII–XIX вв. (они важны для реконструкции социокультурной среды, городского контекста). Важной источниковедческой задачей стала каталогизация зданий Москвы, на которых имелись изразцы.

Третий раздел главы 1 («Проблемы атрибуции изразцов») ставит принципиальную для критического анализа задачу: выработку критериев достоверности основного источника, изразца. Определяется круг памятников, на которых использованы не подлинные (оригинальные) изразцы, а их копии, возникшие при поновлениях и реставрациях; приводятся примеры уточнения атрибуции изразцового декора. Важная часть раздела – подтверждение использования изразцов в системе декора несохранившихся памятников, выработка методики атрибуции.

Вторая глава («Изразцы в Москве: история становления и развития») состоит из двух разделов и представляет детальную реконструкцию основных этапов развития объекта диссертационного исследования.

Раздел 2.1 («Две линии в развитии изразца в XV – первой половине XVII века: изразцы внутри и снаружи зданий Москвы») посвящен анализу генезиса двух функциональных групп позднего Средневековья: архитектурных и печных изразцов в конкретно-исторических формах их бытования.

На материалах музейных коллекций и археологических находках в долгой (более века) истории становления московского изразца впервые намечаются отдельные эпизоды введения его, как статусного элемента, в монументальные объекты; история применения глазури, появления и распространения изразцовых печей и др. Демонстрируется неуклонное стремление москвичей овладеть технологией и художественной формой европейской фасадной терракоты и постепенное превращение изразца в устойчивый элемент московской культуры.

Раздел 2.2 («Изразец во второй половине XVII века») посвящен времени расцвета изразцового производства.

Выделяется отдельный, хронологически строго очерченный период, в ходе которого на основе развития изразцового декора в городской структуре складывается новая модель визуальной коммуникации. Отмечается резкий рост числа объектов с изразцами (в 1680–1690-е гг.), активное введение изразца в общую систему декора.

Глава 3 («Московский изразец и пространство городской культуры») разделена на четыре части. В них московский изразец рассматривается внутри целого ряда историкокультурных контекстов. Раздел 3.1 («Организация производства изразцов в Москве») посвящен мастерам изразечникам и ходу развития изразцового производства. Отдельными объектами исследования в этом разделе становятся Гончарная и Мещанская слободы в Москве.

В разделе 3.2 («Исполнитель и заказчик. Типология заказа») рассматривается роль заказчика в развитии изразцового дела (заказы царские и патриаршие; заказчики из ближайшего ко двору круга лиц). Особое внимание уделено процессу проникновения иноземных технологий и форм в изразцовое убранство, его отражению в объектах (от дворцов до посадских церквей), его роли в расцвете приходской каменной архитектуры. Здесь же рассмотрена роль конкретных зодчих в создании «проектов» фасадного керамического убранства XVII в., которая определяется как первостепенная.

Раздел 3.3 («Инновации и их источники») посвящен вопросам заимствования технологических и стилевых решений; как главный ставится вопрос изучения механизма отбора, переработки и усвоения отдельных импульсов, наследуемых генетически или получаемых непосредственно из культурной традиции европейских стран.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 19 |
 
Похожие работы:

«КОДЗОКОВ Султан Амурбиевич РАЗВИТИЕ КОМПЕТЕНЦИИ ЦЕЛЕПОЛАГАНИЯ У КУРСАНТОВ ВВУЗОВ ВНУТРЕННИИХ ВОЙСК МВД РОССИИ В ПРОЦЕССЕ САМОСТОЯТЕЛЬНОЙ РАБОТЫ 13.00.01 – Общая педагогика, история педагогики и образования Диссертация на соискание ученой степени кандидата...»

«ЗУБОВ Михаил Григорьевич ДИПЛОМАТИЧЕСКАЯ СЛУЖБА НОРВЕГИИ: СТАНОВЛЕНИЕ И ЭТАПЫ РАЗВИТИЯ (1905-2015 гг.) Специальность 07.00.03 – Всеобщая история (новая и новейшая история) Диссертация на соискание учной степени кандидата исторических наук Научный...»

«СУЛТАНБЕКОВ Тимур Ильфатович Педагогические условия формирования межэтнической толерантности курсантов в образовательной среде военного института внутренних войск МВД России 13.00.01 – Общая педагогика, история педагогики и образования ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой...»

«Смирнов Ярослав Евгеньевич КУПЕЦ-ИСТОРИК А.А. ТИТОВ В КОНТЕКСТЕ ИСТОРИИ КУЛЬТУРЫ РОССИЙСКОЙ ПРОВИНЦИИ ПОСЛЕДНЕЙ ТРЕТИ XIX – НАЧАЛА XX ВЕКА Приложение (2) МАТЕРИАЛЫ ДЛЯ НАУЧНОЙ РЕКОНСТРУКЦИИ ПУБЛИКАТОРСКОГО НАСЛЕДИЯ А.А. ТИТОВА Специальность 07.00.02 – Отечественная история Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук Научный руководитель доктор исторических наук, заслуженный...»

«КУТЫРЕВ Георгий Игоревич ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПАРТИИ ИСПАНИИ И ПОРТУГАЛИИ В КОНТЕКСТЕ НЕОИНСТИТУЦИОНАЛЬНОЙ ТРАНСФОРМАЦИИ Специальность 23.00.04 Политические проблемы международных отношений, глобального и регионального развития Диссертация на соискание...»

«СУБОТЯЛОВ Михаил Альбертович ТРАДИЦИОННАЯ АЮРВЕДИЧЕСКАЯ МЕДИЦИНА: ИСТОЧНИКИ, ИСТОРИЯ И МЕСТО В СОВРЕМЕННОМ ЗДРАВООХРАНЕНИИ 07.00.10 – история науки и техники (медицинские науки) Диссертация на соискание ученой степени доктора медицинских наук Научный консультант: Заслуженный работник высшей школы РФ доктор медицинских наук профессор, Сорокина Т.С. Москва Оглавление Общая характеристика работы..5 Глава I. ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ И...»

«ПОТАПОВСКАЯ ОЛЬГА МИХАЙЛОВНА ДУХОВНО-НРАВСТВЕННОЕ ВОСПИТАНИЕ ДЕТЕЙ В ДОШКОЛЬНОЙ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ ОРГАНИЗАЦИИ НА ОСНОВЕ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ СОЦИОКУЛЬТУРНОЙ ТРАДИЦИИ 13.00.01 – общая педагогика, история педагогики и образования (педагогические науки) Диссертация на соискание ученой степени кандидата педагогических наук Научный руководитель: доктор...»

«Дудулин Константин Васильевич ПЕДАГОГИЧЕСКОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ МОРАЛЬНОПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ПОДГОТОВКИ ЛИЧНОГО СОСТАВА ПОДРАЗДЕЛЕНИЙ СУХОПУТНЫХ ВОЙСК 13.00.01 – Общая педагогика, история педагогики и образования Диссертация на соискание ученой степени кандидата педагогических наук Научный руководитель: доктор педагогических наук,...»

«_ Слепцова Галина Николаевна Формирование межкультурной компетентности бакалавров–педагогов средствами иностранного языка (на примере Республики Саха (Якутия)) Специальность 13.00.01 общая педагогика,история педагогики и образования ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата педагогических наук Научный руководитель: доктор педагогических наук, профессор Неустроев Николай Дмитриевич Чита Оглавление...»

«Поляков Сергей Александрович Офицеры лейб-гвардии Семеновского полка в российских социально-политических условиях 1917 – сентября 1918 гг. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук Специальность 07.00.02 – «Отечественная история» Научный руководитель: доктор исторических наук, доцент Минаков Андрей Сергеевич Орел – Содержание Введение.. Глава...»

«Арбузов Сергей Юрьевич Конституционно-правовые основы формирования социального государства в Российской Федерации Специальность: 12.00.02 конституционное право; конституционный судебный процесс; муниципальное право ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: доктор юридических наук,...»

«Бондарь Валерий Александрович ЭВОЛЮЦИЯ ТЕРМИНОЛОГИИ В СФЕРЕ УПРАВЛЕНИЯ ДОКУМЕНТАМИ В РОССИИ В КОНЦЕ 1950-х — 2013 ГГ. Специальность 05.25.02 Документалистика, документоведение, архивоведение Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук Научный руководитель: доктор...»

«Синь Жань РОССИЙСКО-КИТАЙСКОЕ ПРИГРАНИЧНОЕ И МЕЖРЕГИОНАЛЬНОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ (2001-2011 гг.) Специальность: 07.00.15 – история международных отношений и внешней политики Диссертация на соискание ученой степени кандидата...»

«Володин Илья Александрович Клинико-экспериментальное обоснование использования методов экстракорпоральной гемокоррекции в сочетании с традиционной терапией при хирургическом сепсисе у собак 06.02.04. – ветеринарная хирургия Диссертация на соискание ученой степени кандидата ветеринарных наук Научный руководитель: доктор ветеринарных наук, профессор А.Н. Безин Троицк 2015 Оглавление Общая характеристика работы..6 1....»

«ГАВРИКОВА Анна Сергеевна ЭВОЛЮЦИЯПАРТИЙНО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ ВЕЛИКОБРИТАНИИ И РОССИЙСКАЯ ОЦЕНКА АНГЛИЙСКОГООПЫТА В КОНТЕКСТЕ ТРАНСФОРМАЦИИ ЦАРСКОГО САМОДЕРЖАВИЯ (XIX–НАЧАЛА XX В.) Специальность 07.00.03 – Всеобщая история (Новая и новейшая история) ДИССЕРТАЦИЯ...»

«Чаплыгина Светлана Федоровна ЭТНОКУЛЬТУРНЫЕ СВЯЗИ ОСЕДЛЫХ И КОЧЕВЫХ НАРОДОВ ЦЕНТРАЛЬНОГО ПРЕДКАВКАЗЬЯ В ЗОНЕ ВЛИЯНИЯ ТРАНСКАВКАЗСКИХ ТОРГОВЫХ МАГИСТРАЛЕЙ В V-НАЧ. XIII В. Специальность 24.00.01 – Теория и история культуры ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата исторических наук Научный руководитель: доктор исторических наук, Прокопенко Ю.А. МоскваСОДЕРЖАНИЕ...»

«Долгов Алексей Владимирович ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ НОТАРИАТА КАК ИНСТИТУТА СОВЕТСКОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ В 1920-е – В НАЧАЛЕ 1970-х г.г. (НА МАТЕРИАЛАХ СТАВРОПОЛЬЯ) Специальность 07.00.02 – Отечественная история Диссертация на соискание ученой степени кандидата наук Научный руководитель: доктор исторических наук, профессор Булыгина Т.А....»

«Беленький Леонид Петрович АВТОРСКАЯ ПЕСНЯ В ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ПЕСЕННОЙ КУЛЬТУРЕ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XX ВЕКА 24.00.01 – Теория и история культуры Диссертация на соискание ученой степени кандидата культурологии Научный руководитель: доктор культурологии, профессор В.А. Есаков Москва 201 Оглавление Введение.. Глава 1. Авторская песня как объект культурологического исследования. 1.1. Исторический обзор песенной культуры и классификация е...»

«КОПТЕВА Татьяна Владимировна ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О НАЧАЛАХ АРХИТЕКТУРЫ И СТРОЕНИИ ЗДАНИЙ В ТРАКТАТАХ ФРАНЦУЗСКОГО ПРОСВЕЩЕНИЯ Специальность 05.23.20 Теория и история архитектуры, реставрация и реконструкция историко-архитектурного наследия Диссертация на соискание ученой степени кандидата архитектуры Научный...»

«ПЛАТОНОВА НАТАЛЬЯ ИГОРЕВНА ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ФИНАНСИРОВАНИЯ ТЕКУЩЕЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПОЛИТИЧЕСКИХ ПАРТИЙ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАНАХ: СРАВНИТЕЛЬНО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ Специальность 12.00.02 – Конституционное право; конституционный судебный процесс;...»









 
2016 www.konf.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, диссертации, конференции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.